Сегодня - 18.12.2018

Куда приведет Шелковый путь?

17 ноября 2015

В Иркутске состоялась 9-я Международная конференция «Реки Сибири и Дальнего Востока». Ученые и общественные деятели обсудили проблемы водной экологии и дефицита гидроресурсов. Особое внимание традиционно было уделено теме пользования трансграничных бассейнов. Специалисты полагают, что в ближайшее время этот вопрос станет еще более актуальным в связи с развитием Нового Шелкового пути — амбициозного экономического проекта, который охватит почти треть земного шара

 
Новый Шелковый путь
 
Шелковый путь 2.0
 
В 1877 году Великим шелковым путем стали называть караванный маршрут, в древности и средние века связывающий Восточную Азию и Средиземноморье. Дорога имела важное торговое значение: с востока на запад везли военное снаряжение, серебро и золото, посуду, ткани, ковры, пряности, фрукты. Помимо товаров, в том же направлении экспортировались технологии: производство шелка, пороха, бумаги.
 
Шелковый путь, возрождаемый по инициативе Китая в XXI веке, станет гораздо более масштабным явлением, чем просто транспортно-логистический проект. Эксперты определяют его как модель интеграции КНР в мировую экономику и политику. Это совокупность международных транспортных коридоров, сухопутных и водных, внутри которых будет образована новая экономическая зона. Путь пройдет через Китай, Монголию, Россию, Казахстан, Узбекистан, Белоруссию и Германию, его протяженность превысит 12 тысяч километров. На реализацию проекта потребуется несколько десятилетий, а стоимость составит сотни миллиардов долларов. 
 
Как и в средние века, Шелковый путь должен способствовать развитию технологий, культурному и туристическому обмену. Что касается его прямого назначения, то высокоскоростные магистрали позволят сократить период доставки грузов из Китая в Европу с нынешних 40—50 суток до 10. 
 
Стимул к развитию получат все прилегающие к экономическому коридору территории. Для создания и обслуживания инфраструктуры, которую, помимо транспортных артерий, составят трубопроводы, гидро- и электростанции, потребуются новые рабочие места, ресурсы и инвестиции. 
 
Евгений СимоновНе по-соседски
 
Помимо неоспоримых выгод, Шелковый путь может иметь и негативные последствия для государств, по территории которых он пройдет, отмечает Евгений Алексеевич Симонов, основатель международной экологической коалиции «Реки без границ».  
 
«Развитие будет осуществляться в интересах соседней страны, без учета возможных альтернативных вариантов, более пригодных для государства-реципиента, — комментирует эксперт. — Неизбежны экологические последствия в виде разрушения и загрязнения мест обитания. Кроме того, высоки экономические риски».
 
В качестве примера того, «что бы мы не хотели видеть на Шелковом пути», он приводит проект по созданию Амазарского целлюлозного завода — предприятия в Забайкальском крае, которое должно обеспечить китайской стороне прямой переход в Россию и соответствующий доступ к природным ресурсам.
 
«Идея следующая: в глухой тайге пробить специальный транспортный коридор, чтобы обеспечить сбытом лесопромышленный комплекс, целиком снабженный китайскими капиталами и рабочей силой, там, где практически нет российских арендаторов и достаточной лесосырьевой базы. И на все это мы строим пограничный переход с мостом, который нужен явно зачем-то еще. При этом существует кристально ясная альтернатива в 250 км оттуда, закрытый несколько лет назад оборудованный переход Джалинда (Сковородинский район, Якутия — прим.авт.) с выходом на железную дорогу и на БАМ», — говорит основатель «Рек без границ».  
Предметом споров между Китаем и странами — участницами проекта «Шелковый путь» являются также водные ресурсы. Замдиректора по науке Института географии СО РАН им. В.Б. Сочавы доктор географических наук Леонид Маркусович Корытный в своем докладе отметил, что реальные противоречия существуют в бассейне реки Или. Она берет начало в китайском Тянь-Шане и впадает в озеро Балхаш в Казахстане, сильно опресняя его. Канал, который КНР строит от Или к Таримской котловине, несет озеру и качественную, и количественную угрозу. Аналогичная ситуация сложилась в бассейне Иртыша, где сталкиваются интересы уже трех стран — России, Казахстана и Китая, причем КНР отказывается обсуждать эти проблемы в трехстороннем формате. 
 
По словам ученого, водный сектор проблем Шелкового пути является одним из важнейших. Значительное число мировых конфликтов, в том числе вооруженных, связано с проблемой трансграничных бассейнов. В Азии, где находится 53 международных водоема, ситуация особенно острая. Ученый приводит пример: у рек Амударья и Сырдарья противоположные интересы имеют сразу пять государств: Кыргызстан, Таджикистан, Казахстан, Узбекистан и Туркмения. Страны, расположенные в верховьях, стремятся получить гидроэнергию, в то время как их нижним соседям вода необходима для орошения сельскохозяйственных площадей. Решить спор даже на самом высоком уровне не получается в течение нескольких последних десятилетий. 
 
Среди очевидных проблем Шелкового пути Е.А. Симонов также назвал отсутствие системы экологической отчетности, а также низкую культуру консультаций с общественностью в КНР. Между тем, для минимизации рисков необходимо заранее обсудить, какие направления сотрудничества вообще не должны получить развития в рамках проекта. Среди них эколог называет, например, угольную промышленность. 
 
Леонид Корытный
 
Опасный каскад
 
Частью проблематики нового транспортно-экономического коридора эксперты считают и перспективу строительства каскада ГЭС в бассейне реки Селенга — крупнейшего притока Байкала. На ее притоках планируется возвести четыре гидростанции различной мощности. Несмотря на то, что этот проект неоднократно подвергался критике со стороны общественности, уже ближайшее время стройка может начаться на реке Эгийн-Гол. Договор на выполнение работ получила крупная китайская корпорация China Gejuba Group Limited.
 
В феврале 2015 года представители красноярской общественной организации «Плотина» в составе группы граждан России и Монголии направили жалобу в Инспекцию Всемирного банка, инвестора, который поддерживает проект МИНИС — это ГЭС на реке Шурен, всего в 500 км от Байкала, и водоотвод от реки Орхон в пустыню Гоби. В своем обращении общественники отметили, что реализация планов может повлечь значительный ущерб природе. В проекте МИНИС не было учтено трансграничное влияние перечисленных объектов на Байкал и водно-болотные угодья реки Селенга. Также не проводились консультации с представителями государств, которые попадают под влияние будущих гидростанций — здесь речь идет и о России.
 
В мае 2015 года к месту будущего строительства прибыла комиссия Всемирного банка. Ее участники пришли к выводу, что потенциальный вред, действительно, может быть очень серьезным. Комиссия рекомендовала отложить принятие решения по финансированию и в течение года отслеживать динамику реализации МИНИС. Представитель КРОЭО «Плотина» Александр Анатольевич Колотов подчеркнул, что это первая подобная жалоба общественников на проект Всемирного банка, по которой ведется реальный процесс.
 
«Требуется, чтобы общественность России, Китая, Многолии, Казахстана и других государств образовала совместную площадку для влияния на все институты Шелкового пути разом, — выразил свое мнение о возможных путях решения проблем Е.А. Симонов. — Также одним из важнейших инструментов, которые надо внедрять уже сейчас в секторальные планы Шелкового пути, является стратегическая экологическая оценка. Но она пока отсутствует во всех виденных нами документах финансирования».
 
Важная оценка
 
СЭО как инструмент оценки воздействия на окружающую среду применяется более чем в 50 странах мира. Ее проведение регламентируется Конвенцией об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте (Конвенция Эспо) и прилагаемым к ней Протоколом по стратегической экологической оценке. Россия присоединилась к указанным соглашениям, но не ратифицировала  их. 
 
По словам представителя WWF Петра Евгеньевича Осипова, в России существует аналог СЭО — государственная экологическая экспертиза. Однако эта процедура имеет ряд недостатков, важнейшим из которых является тот факт, что она не распространяется на проекты с трансграничным воздействием. WWF неоднократно выступал за окончательную ратификацию Россией Конвенции Эспо и Протокола СЭО, однако несовершенство законодательства пока не позволяет этого сделать. 
 
«Инициатива КНР по созданию глобального транспортно-энергетического проекта «Шелковый путь» приводит к тому, что на российской стороне рассматриваются варианты включения России в этот глобальный процесс. Крайне необходимо, чтобы при этом была проведена такая СЭО предложенных проектов», — подчеркнул в своем докладе П.Е. Осипов.
 
Юлия Смирнова, пресс-центр ИНЦ СО РАН
 
Фото: (1,2) — из открытых источников, (3) — Владимира Короткоручко
 
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 vote)
Поделись с друзьями: 

Система Orphus