Сегодня - 25.11.2020

Сибирские звезды над Тихим океаном

20 ноября 2020

50 лет назад из состава Сибирского отделения Академии наук СССР выделилась его дальневосточная часть: сначала в статусе научного центра АН СССР, а с 1986 года — ее Дальневосточного отделения. Своему успешному становлению ДВО во многом обязано сибирским ученым. 

История становления академической науки на Дальнем Востоке нелинейна: рост и почкование исследовательских организаций периодически сменялись укрупнениями, слияниями и секвестрами. Согласно публикации новосибирских исследователей доктора исторических наук Евгения Григорьевича Водичева и кандидата исторических наук Юлии Ильдаровны Узбековой, в 1939 году «в связи с обострением международной обстановки» (в августе состоялась битва с японцами на реке Халхин-Гол в Монголии, годом раньше — бои на озере Хасан) деятельность Дальневосточного филиала АН СССР вообще была приостановлена. Значительная часть сотрудников перешла в академические институты центральной части страны, куда также вывезли научные коллекции и оборудование. На территории Приморья продолжали функционировать лишь горно-таежная станция и несколько заповедников. В последующие годы академическое присутствие на Дальнем Востоке сохранялось также в минимальных масштабах — в виде Дальневосточной научной базы АН СССР. В 1949 году Дальневосточный филиал был восстановлен, а в 1957-м, после создания Сибирского отделения АН СССР с центром в Новосибирске, передан в его ведение. 
 
Организация Сибирского отделения, мощного и обеспеченного всеми необходимыми ресурсами, инициировала новый этап развития науки на Дальнем Востоке уже в рамках ДВФ СО АН СССР. В составе филиала был с нуля создан ряд институтов: Дальневосточный геологический (1959 г.), вулканологии (1962 г.), биолого-почвенный (1962 г.), биологически активных веществ (1964 г.), биологии моря (1969 г.). В макрорегионе сформировался комплекс направлений, определивших профиль дальневосточной науки на дальнейшую перспективу: оценка сейсмической и вулканической опасности, изучение биоразнообразия флоры и фауны, океанология и океанография, исследование морских организмов, определение геолого-геофизических закономерностей эволюции зоны перехода от континента к океану. Очерк ветерана Дальневосточного отделения члена-корреспондента РАН Виктора Евгеньевича Васьковского (1935—2016 гг.) «С позиций максимального оптимизма» высвечивает роль некоторых выдающихся сибирских ученых в развитии исследований в макрорегионе в 1957—1970 годах. 
 
В их числе — Юрий Александрович Косыгин, один из первых дальневосточных академиков. «Он приехал к нам членом-корреспондентом АН СССР из Сибирского отделения АН СССР, — вспоминал Виктор Васьковский. — На базе комплексного института в Хабаровске создал Институт тектоники и геофизики. В 1980-е годы короткое время Юрий Александрович исполнял обязанности председателя президиума». Ветеран Великой Отечественной, он в послевоенные годы работал в Геологическом институте АН СССР и одновременно преподавал в Московском нефтяном институте, а затем в Академии нефтяной промышленности. С созданием Сибирского отделения АН СССР Юрий Косыгин в 1958 году переехал в новосибирский Академгородок, где возглавил лабораторию тектонической карты (позднее геотектоники), выросшую в одноименный Институт геологии и геофизики СО АН СССР. В 1959 году сразу после открытия Новосибирского государственного университета создал там кафедру общей геологии и геологии СССР. На Дальнем Востоке, помимо организации и руководства Институтом тектоники и геофизики, Ю. А. Косыгин стал заместителем главного редактора журнала «Тихоокеанская тектоника». В действительные члены Академии наук он был избран в том же 1970 году, когда начал работу в Хабаровске. 
 
Основными чертами биографии к нему близок член-корреспондент АН СССР (с 1970 г.) Юрий Владимирович Гагаринский. Он прошел поля сражений Великой Отечественной войны, участвовал в реализации атомного проекта — работал в закрытом НИИ химической промышленности СССР. Занимался вопросами химии и технологии урана, полония, трития и других радиоактивных элементов. Тема химии и технологии получения фторидов урана легла в основу его кандидатской и докторской диссертаций. В 1961 году Юрий Гагаринский приехал работать в новосибирский Институт неорганической химии СО АН СССР, где руководил лабораторией химии урана и тория. Через пять лет его приглашают возглавить отдел химии Дальневосточного филиала АН СССР во Владивостоке, на базе этой структуры вырастает Институт химии под руководством Юрия Владимировича. Примечательно, что своим заместителем по науке он выбрал молодого ученого Валентина Ивановича Сергиенко — ныне академика и председателя ДВО РАН. 
 
Будущий член-корреспондент АН СССР Николай Николаевич Воронцов работал в новосибирском Академгородке ученым секретарем Объединенного ученого совета по биологическим наукам. «Еще из Новосибирска он содействовал организации и становлению нашего Института биологии моря, — отмечал В. Васьковский. — Приехав во Владивосток, он отдал много сил для превращения, в общем-то, провинциального в то время института в первоклассное академическое учреждение». Жизненный путь Николая Воронцова никак нельзя назвать плавным. В довоенном детстве ему довелось сниматься в кино под псевдонимом Коля Вертмиллер, в 1950-м юноша закончил школу экстерном и в 16 лет поступил на биологический факультет МГУ. Между защитами его кандидатской и докторской диссертаций прошло всего четыре года, в течение которых он переехал из Москвы в Ленинград и обратно, а далее в Новосибирск. 
 
Судно «Академик М. А. Лаврентьев»
   Судно «Академик М. А. Лаврентьев»
 
Здесь, помимо работы в Президиуме СО АН, Николай Воронцов возглавляет лабораторию генетики популяций, объединяет вокруг себя специалистов из разных областей биологии — зоологов, этологов, кариосистематиков, теоретиков-популяционистов, что послужило началом создания его научной школы в области популяционной и эволюционной биологии. В этот же период с Николаем Владимировичем Тимофеевым-Ресовским и Алексеем Владимировичем Яблоковым написал учебник теории эволюции, выдержавший несколько изданий. Во Владивостоке директорство Н. Н. Воронцова закончилось конфликтом: в 1970 году он наотрез отказался вступать в КПСС и был снят с должности. Вернувшись в Москву, стал работать в академическом Институте биологии развития им. Н. К. Кольцова, в годы перестройки инициировал учреждение Джорджем Соросом фонда для поддержки ученых, исследующих биоразнообразие, и возглавил его.
 
Академическую кафедру иностранных языков (уже Дальневосточного научного центра АН СССР) во Владивостоке возглавил приехавший в 1971 году из новосибирского Академгородка кандидат филологических наук Танкред Григорьевич Голенпольский. Журналист, литературовед, один из первых переводчиков Артура Хейли, основатель кафедры математической лингвистики НГУ родился в Харбине и был назван в честь оперы, на постановке которой познакомились его родители. «Танкред Григорьевич был прекрасным методистом, автором учебных пособий, — вспоминал В. Васьковский. — И оказался талантливым организатором. Не помню деталей, но при создании кафедры он провел конкурсный отбор преподавателей. Некоторые из победителей этого конкурса во главе с Евгенией Викторовной Тереховой работают на кафедре до сих пор».
 
В целом к началу 1970-х годов на Дальнем Востоке сложилась развитая сеть академических научных учреждений, которая начала оказывать влияние на состояние производительных сил региона, его экономического, технического и оборонного потенциалов. В этот период в государственной научной политике явственно усиливается акцент на самостоятельном развитии фундаментальных и прикладных исследований на Дальнем Востоке. В октябре 1970 года постановлением Президиума Академии наук СССР на базе научных учреждений Сибирского отделения АН СССР был организован Дальневосточный научный центр АН СССР, управляемый из Владивостока. Его приоритетными задачами были обозначены «…развитие фундаментальных исследований в области естественных и общественных наук и разработка научных проблем, способствующих ускоренному развитию экономики и производительных сил Дальнего Востока, а также подготовка квалифицированных научных кадров и координация исследований, проводимых дальневосточными научными учреждениями Академии наук, министерств, ведомств и высшими учебными заведениями».
 
В состав ДВНЦ вошли восемь институтов: Дальневосточный геологический институт, Биолого-почвенный институт, Институт биологически активных веществ (с 1972 года — Тихоокеанский институт биоорганической химии), Институт биологии моря, Институт вулканологии, Хабаровский, Северо-Восточный и Сахалинский комплексные научно-исследовательские институты. В последующие три года организуются еще семь: во Владивостоке — Институт химии, Институт автоматики и процессов управления с вычислительным центром, Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока, Тихоокеанский институт географии, Тихоокеанский океанологический институт; в Хабаровске — Институт тектоники и геофизики, в Магадане — Институт биологических проблем Севера, а в 1976 году — Институт экономических исследований в Хабаровске. Затем темпы создания новых институтов снижаются, идет сложная работа по развитию уже существующих, формированию их научной тематики, росту квалификации и численности кадров, укреплению материальной базы.
 
«При создании ДВНЦ и затем ДВО АН СССР использован опыт формирования и развития СО АН СССР: акцент на междисциплинарность и комплексность исследований, интеграцию научных изысканий с образованием и подготовкой специалистов высшей квалификации, содействие практической реализации результатов научных исследований, — резюмируют историки Евгений Водичев и Юлия Узбекова. — На Дальний Восток переехало немало научных сотрудников из институтов СО АН СССР, а также из центральных академических учреждений. Наряду с СО АН СССР и созданным одновременно с ДВО Уральским отделением АН СССР (ныне Уральское отделение РАН) ДВО АН СССР стало одной из основ современной территориальной структуры академической науки в России. Вместе с тем в полной мере воспроизвести опыт формирования СО АН СССР на Дальнем Востоке не удалось. Сказались большая отдаленность региона от центра страны, невозможность в новых условиях в полной мере воспроизвести принцип формирования институтов “под директора” и перевода в регион сложившихся научных школ, а также намного более жесткие ресурсные ограничения».
 
К этому следует добавить, что опыт организации новосибирского Академгородка и других компактных исследовательских центров Сибири был творчески реализован в формировании нового научно-образовательного кластера на острове Русский вблизи Владивостока в 2012—2019 годах, а одно из четырех крупнейших судов исследовательского флота ДВО РАН носит название «Академик М. А. Лаврентьев». 
 
Подготовил Андрей Соболевский
 
Фото из открытых источников
 
Голосов еще нет
Поделись с друзьями: 

Система Orphus