Сегодня - 02.07.2020

ФМШ должна быть стратегическим потенциалом

30 января 2013

Знаменитой Физико-математической школе при Новосибирском государственном университете (СУНЦ НГУ) исполнилось 50 лет. Выпускники всех возрастов ностальгируют, на юбилейных вечерах и страницах газет старожилы вспоминают знаменитых основателей и в первую очередь академика М.А.Лаврентьева, а фымышата продолжают учиться, боятся вылететь и не ходят гулять после отбоя. О том, насколько сегодняшняя ФМШ похожа на то, к чему стремились 50 лет назад, COPAH.info спросил у директора СУНЦ НГУ профессора доктора физико-математических наук Николая Ивановича Яворского.  
Николай Яворский
ФМШ создавалась в условиях, сильно отличаются от современных. Соответствует ли она сегодня тем целям и задачам, ради которых её открыли 50 лет назад?

Безусловно, соответствует. Мы собираем детей со всей территории Сибири, Дальнего Востока и Казахстана при помощи Всесибирской олимпиады, существующей с 1962 года. До сих пор это самая мощная и крупная олимпиада за Уралом, сейчас она проводится по пяти предметам: физика, математика, химия, биология, информатика. По её результатам можно поступить вне конкурса в любой вуз России. После этого победители и призёры приглашаются в летнюю школу, проводить которую мы не прекращали все 50 лет. В некоторых других физматшколах эта традиция потерялась, кое-где её потом восстановили. Ещё есть заочная школа. Она существует уже 47 лет, и лучших учеников мы тоже приглашаем в летнюю школу. Среднюю Азию мы по большей части потеряли, когда она перестала быть частью нашей страны, однако в Казахстане мы свои позиции восстановили (сейчас более 10% наших учащихся родом из оттуда). Около 40 лет работает школьная секция Международной научной студенческой конференции – её победители и призёры тоже приходят к нам. Недавно возродили Турнир юных физиков, организовали Турнир юных химиков и юных биологов. Это то, что нужно: не та олимпиада, которая превратилась в спорт высших достижений, а исследовательские задачи и командная работа.

Внутри самой школы что поменялось?

Когда ФМШ создавалась, то была эпоха физиков и лириков, все бредили стать учёными. Другое дело сейчас, когда образ успешного человека – это совсем не учёный. Мы работаем в другой среде – в этом сильное отличие. Физматшкола находится не на луне, а в том же социуме, что и все остальные и, конечно, на нас сильно отражается то, что в нём происходит. Что в обществе делается, всё тоже и у нас. К счастью, есть талантливые педагоги и самоотверженные преподаватели, которые работают у нас до сих пор и будут это делать дальше. Благодаря им традиция продолжается. Способности детей не уменьшились, но школьники дезориентированы. Их вектор интересов сместили, его уводят в другую сферу. Но если им показать и рассказать, что такое наука, то они загораются, и всё становится замечательно.

Работает ли сейчас система поиска талантливых детей в глубинке, которые, может быть, ещё не побеждают в олимпиадах, но могут проявить себя, если с ними заниматься?

Пока мы работаем дистанционно. В основном, в рамках заочной школы. У нас есть система «Коллективный ученик», когда педагог берёт на себя обязанность обучать детей по нашим методическим рекомендациям. Он собирает группу, и они решают задачки, которые мы присылаем отсюда. Эта система даёт нам довольно большое количество фымышат. Что касается полной глубинки, то… Понимаете, ребёнок раскрывается только тогда, когда есть учитель. Если есть в селе хороший преподаватель, то есть и дети. Было одно алтайское село, которое родило пять докторов наук. Член-корреспондент РАН Василий Васильевич Пархомчук из этого села. Думал быть трактористом, а стал учёным-ядерщиком. А всё потому, что был учитель. Сейчас в деревне ситуация заметно хуже, чем была тогда. И поэтому негородских ребят у нас заметно меньше, чем раньше и кроме того, мы всё-таки принимаем детей, которые у нас могут учиться. А для этого нужно иметь определённый уровень, быть подготовленным.Посвящение в ФМШ

 То есть, если учителя в деревне нет, то шансов у ребёнка не остаётся?

Всё зависит от того, как мы сработаем. Сейчас, имея в виду в том числе и это, в Новосибирской области создана система специализированных классов. Они есть, например, в Карасуке и в Куйбышеве. Это значит, что сельских ребят мы тоже начинаем в нашу систему втягивать. Факт остаётся фактом: уровень подготовки в школе падает. Причин тут много, но главная – отсутствие кадров, особенно молодых и тем более в селе. К тому же отношение в обществе к обучению и естественным наукам изменилось. Для того, чтобы учителя были, их нужно готовить. И этим мы тоже занимаемся. Проводим каждый год в дни зимних каникул курсы повышения квалификации для педагогов обычных школ. В этом году у нас обучались 176 человек, причём в основном они приехали издалека: Камчатка, Дальний Восток, Хакасия, Тыва. Мы понимаем, что без создания системы, которая будет мотивировать детей с раннего возраста на занятие наукой – ничего не получится. Сейчас-то мы работаем с ними только в последние один-два года школьной жизни, а это момент, когда всё уже состоялось: либо ребёнок захотел учиться, либо нет. А физика и математика – это непростые науки и для того, чтобы захотеть ими заниматься, нужны серьёзные причины.

Существует мнение, что из-за высокой оплаты ФМШ становится элитным учебным учреждением, доступным не для всех, это так?

Не доступно это образование  только для тех, кто не может решать задачки. Деньги не являются критерием. Да, у нас высокая родительская плата за интернатное содержание. И всегда с 1963 года родители ее платили. Но если у семьи сложное материальное положение, то мы эту плату снижаем в соответствии с ним. Около 50% учащихся имеют то или иное снижение, а 50% ребят в состоянии заплатить эти деньги. Кроме того, если ребёнок талантливый, например, победитель статусной олимпиады, то это автоматически снижает для родителей стоимость его обучения на половину. Если два раза победил, то обучение бесплатное. Более того, у нас есть стипендии: фонда имени М.А.Лаврентьева, Института ядерной физики им Г.И.Будкера СО РАН. А 5000 рублей в месяц – это немаленькие деньги. Так, что можно учиться бесплатно и ещё получать стипендию в два раза выше, чем в университете.

То есть, как директор вы авторитетно можете сказать, что те дети, которые по своим способностям должны учиться в ФМШ, найдут такую возможность?

Да, безусловно. Конечно, бывают сложные ситуации. Иногда в семье что-то случается, тогда мы находим спонсоров. По причине того, что родители не могут заплатить, ещё ни один ребёнок не был отчислен. Другое дело, что встречаются мамы и папы, которые вполне могу позволить себе такую плату за образование ребёнка, но отдавать эти деньги не хотят. И вот к ним мы относимся жёстко. А другим реально помогаем. Сейчас родительская плата 88 000 за год. Это приличная сумма. Снижение может быть до 9 000 за год. Это меньше, чем 1000 в месяц за полный пансион: питание, образование и проживание.  Это совсем другие деньги. Их сельский ученик может заплатить. Такие деньги есть у его родителей, и столько они на ребёнка, безусловно, тратят. А если он ещё и талантливый и может хорошо заниматься, то есть скидки, например, просто за хорошую учёбу – снижение на 25%, причём, от первоначальной суммы – от 88 000. Тот, кто хочет, тот у нас обязательно становится фымышонком. Конечно, деньги - это некоторый барьер, в том числе, и психологический. Но мы объясняем детям и родителям, какие есть возможности. Если ребёнок говорит: «Я хочу учиться», мы находим способ, чтобы он мог у нас заниматься.
Николай Яворский
Что Вам бы хотелось сохранить в физматшколе, а что модернизировать?

Всё, что заложили отцы-основатели, мы будем сохранять. Система образования рождалась ни один год, и М.А.Лаврентьевым и его соратниками было принято много мудрых решений. Но в современных условиях, конечно, нужно кое-что менять. Как я уже сказал, мы начали работать с учителями. Надо создавать не только здесь, но и в сельской местности точки, где будут расти талантливые дети, и о них заботиться. А мы могли бы осуществлять методическое руководство этим процессом. Другая задача связана с тем, что система образования, и высшего в том числе, претерпевает значительные изменения, реструктуризацию, появляются новые учебные планы. Мы заинтересованы в том, чтобы наши таланты проходили все этапы обучения быстрее. Должна появиться возможность ускоренного образования. За рубежом это уже есть. К тому же, меняется вектор развития общества и науки. Значительную роль сегодня играют науки о жизни и новые технологии, которые требуют инженерного образования. И надо понимать, что многие наши выпускники пойдут как раз по направлению IT, поэтому мы должны давать достойный старт и для этого тоже. Запросы университета сейчас шире, чем были, когда создавалась ФМШ – стало больше факультетов, в том числе и гуманитарных. Поэтому надо расширять спектр дисциплин, по которым физматшкола будет взращивать таланты. У нас уже есть основа для стратегии будущего развития. Сейчас мы разрабатываем её в университете и, надеюсь, что скоро будем обсуждать в СО РАН. После чего примем окончательно решение, как стоит действовать. А есть ведь ещё Болонский процесс, интернационализация – это означает, что в школе все должны знать английский язык и преподавать на нём основные предметы. Присутствие в ФМШ иностранных школьников и студентов тоже требует серьёзных структурных перестроек, совершенно других условий труда и обучения. Среда и качество жизни должны быть иными и соответствовать мировым стандартам. Как минимум, нам нужен новый кампус, соответствующий этому уровню.  

ФМШ проблемы с кадрами не коснулись, как другие школы?

Здесь трудятся непростые люди. Не те, которые за деньги. У нас работа с детьми, с талантами, со звёздочками. Не любишь детей – тебе здесь делать нечего, иначе, это каторга. Наши дети талантливые, часто умнее нас. И что ты будешь делать здесь со своим желанием деньги получить? Да, они тебя на чистую воду выведут и высмеют. Некоторые преподаватели мне говорили, что готовы приплачивать, чтобы общаться с этими детьми. Это совсем другая атмосфера, другой социум – иной мир. У нас не учителя, а профессорско-преподавательский состав, и у нас работают научные сотрудники ННЦ и преподаватели НГУ, в основном, по совместительству. Если кто-то плохо выполняет свои обязанности, то мы его увольняем. Всё зависит от того, ради чего человек сюда приходит. Зарплата у нас очень невысокая, несмотря на большую родительскую плату. Потому что вся она тратится на интернатное содержание. Государство всегда финансировало только статью заработной платы, налогов на неё и ещё выделяло деньги питание, причём, явно недостаточные.

Почему государство не вкладывает  достаточно средств в ФМШ, ведь забота о будущем науки – это в его интересах?

Это не просто наука, а интеллектуальный потенциал, который в будущем реализуется не обязательно именно в исследованиях. Многие страны считают интеллектуальный потенциал своим главным стратегическим потенциалом и заботятся о нём очень серьёзно. А также разрабатывают способы «утечки» мозгов от нас к ним. В Израиле система обучения одарённых детей является государственным секретом. В Китае подробности того, как именно они работают с детьми, никто не афиширует. А у нас Россия, и у нас всегда всё не так. Но наши школы, тем не менее, всё равно одни из самых лучших.   

Ангелина Иванова

Фото: А. Иванова

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.4 (7 votes)
Поделись с друзьями: 

Система Orphus