Сегодня - 25.09.2020

«Дешевой нефти не будет!»

18 февраля 2014

В этом уверен научный руководитель Института нефтегазовой геологии и геофизики им.А. А. Трофимука СО РАН академик Алексей Эмильевич Конторович. Человек не намерен сдавать позиции в борьбе за «черное золото», которое удерживают недра нашей планеты, однако, даваться оно будет уже не так легко, как раньше.

Алексей Конторович

По словам ученого, это вызвано следующим: «в оборот» идут более трудно извлекаемые запасы, плюс, ряд проблем заключается в географическом положении месторождений, что влечет за собой особенности их разработки. «Восточная Сибирь не похожа на другие территории, как не похожа будет Арктика. Представьте: геолог обычно работает с пластом, в котором температура пород и флюидов не ниже 30-40 градусов по Цельсию, а как правило, еще и выше. В Якутии же, например, на глубине полторы тысячи метров всего 7-8 Сº, при этом нефть становится очень вязкой, добывать ее трудно, и нужно готовить специальные методы и для разведки, и для использования таких объектов. Там самые древние залежи на нашей планете, а древность никого не украшает, поэтому есть свои сложности», — рассказывает Алексей Конторович. При этом, по его словам, именно за счет начала разработки месторождений Восточной Сибири в последние годы идет прирост добычи «черного золота».

Трудности извлечения, тем не менее, подстегивают развитие технологий. «В прошлом году мы на указанной выше территории добыли около 20 миллионов тонн нефти. Причем, есть результаты, касающиеся пластов и скважин, из которых в 1980-е годы ничего не получали и говорили, что там — пустое пространство», — отмечает академик Конторович.

Все это выливается в проблему себестоимости, которая, кстати, касается и газа. Если когда-то в Западной Сибири его добывали с глубины около 600 метров, то сегодня это расстояние увеличилось в шесть раз, что, разумеется, способствует удорожанию получаемого продукта. Кроме того, есть еще вопрос включений: раньше газ был, что называется, сухим, и его надо было всего лишь избавить от воды и убрать песок, а далее — отправлять в трубу и жечь на электростанциях. «Сегодня мы добываем жирный газ, и я должен извлечь его, осушить, а потом поставить перерабатывающий завод и разделить на фракции», — комментирует Алексей Конторович. Опять же, как и в случае с нефтью, играет роль территориальный принцип: забуривая скважину в Западной Сибири, можно ожидать, что ее первый километр будет пройден к следующему утру, а в Восточной — это самые тяжелые метры. «Мы смещаемся туда, идем дальше, например, на шельф острова Сахалин, что действительно будет дорого», — отмечает ученый.

Возвращаясь к вопросу различных способов разработки нефтяных месторождений, академик Конторович говорит о методе гидроразрыва пласта, который, надо сказать, используется не во всех странах: например, во Франции он запрещен. Придумали его в Советском союзе, однако, по словам геолога, и технологически наша страна была не очень готова к его использованию, и наличие хороших коллекторов в Западной Сибири не ставило задачу применения такого способа добычи. «В США потребность существовала, и там довели задумку до технологического совершенства», — отмечает Алексей Конторович, поясняя: «Гидроразрыв пласта и горизонтальное бурение — те методы, которые необходимы для испытания и разработки объектов со сложно построенными нефтесодержащими породами. Есть много разговоров о том, что это плохо. Проблема в следующем: под высоким давлением в пласт закачивается большое количество жидкости, а поскольку пустоты природа не любит, упомянутая жидкость рано или поздно выйдет на поверхность и будет портить экологию. Такая опасность есть, но по этим причинам отказываться от миллиардов тонн нефти, по-моему, нет оснований. Зато есть повод поставить разведку особым образом, чтобы прогнозировать, где можно ожидать выходы, а затем перекрывать их».

Впрочем, как уверяет Алексей Конторович, несмотря на названные трудности, на нас, наших детей и внуков извлекаемой (пусть и с определенными трудностями) нефти хватит. «Конкретных цифр я в голове не держу, но порядок величин понимаю и могу сказать: в Западной Сибири это десятки миллиардов тонн, в Восточной  — около десяти. У нас нет особой проблемы», — говорит геолог.

Однако одно дело — знать в целом, сколько ресурсов у тебя есть, и другое — готовить новые месторождения. «Нельзя развивать добычу и не развивать геологоразведку»,  — уже не в первый раз заявляет академик Конторович. По его словам, у нас в стране после развала СССР второму аспекту уделяется недостаточно внимания. «Мы добываем примерно столько же, может, чуть меньше, нефти, чем в середине 1980-х, но в 1988-м году только на территории тогдашней РСФСР бурили 8,5 миллионов метров глубоких скважин (в одной Западной Сибири — 2,8), а сегодня на всю Россию — в разы меньше. По сути, мы проедаем советские запасы, но донышко уже близко. Благодаря тому, что геологи того времени очень хорошо работали, наша страна вышла из всех своих кризисов, но я утверждаю, что в 2020-м, максимум — в 2025-м году, добыча нефти в РФ начнет падать только потому, что мы не ведем геологоразведку», — комментирует Алексей Конторович. Впрочем, как он объясняет далее, даже если сегодня появились (или появятся) инвестиции, нет нужного количества буровых бригад, станков и всей остальной технологический цепочки. «В этом смысле обстановка тяжелая, и мы сами ее создали. Нам придется выправлять ситуацию, а не нам, так нашим детям», — говорит академик.  

В последнее время все чаще можно услышать мнение, что традиционная нефть исчерпывается. «Значит, будет использоваться нетрадиционная: например, канадские битумы, — уверен Алексей Конторович. — Правда, добыть ее и переработать стоит во много раз дороже». Если же так случится, что обычное «черное золото» начнет исчезать, а продукты из него останутся необходимостью, то в этом случае, считает геолог, «нужно идти на сланцы». Вдоль Урала — от Северного ледовитого океана почти до Каспийского моря — лежат два горизонта черных сланцев (причем, многие из них — на поверхности). В Якутии от южных границ до Оленека располагается такая же толща. «Если будет технология, над которой, кстати,  работает наш институт совместно с Институтом катализа им. Г. К Борескова СО РАН, то мы за них возьмемся, — заявляет Алексей Конторович. — Резервы есть. Возникает вопрос: как их выбирать, ведь надо вскрывать огромные массы пород. В европейскую часть страны с высокой плотностью населения с работами  крупных масштабов идти, конечно, не надо, но на территории Якутии вполне найдутся такие районы, которые, не нарушая экологии и традиционного оленеводческого хозяйства, можно задействовать. Если будет поставлена задача и выделено финансирование, то решения придут очень быстро. Это значительно легче, чем найти нефть на глубине пять километров (впрочем, и ее мы найдем, знаем, как)».

Екатерина Пустолякова

Фото: 1,3 — Ю.Позднякова, 2 — Markus Schweiss (wikipedia.org, Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported)
 

Ваша оценка: Нет Средняя: 4 (2 votes)
Поделись с друзьями: 

Система Orphus