Сегодня - 19.12.2018

Цыпленок курицы, несущей золотые яйца

13 сентября 2018

На круглом столе «Переходный возраст геномного редактирования: успехи, проблемы, перспективы», прошедшем в рамках международного конгресса CRISPR-2018, ученые обсудили трудности роста технологии, способной изменить мир.

«Условное детство прошло, — констатировал кандидат биологических наук Сергей Петрович Медведев (ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН»).— Все удостоверились, что CRISPR/Cas9 — очень удобный инструмент для редактирования генома в рамках фундаментальных исследований с перспективой выхода на лечение наследственных болезней. Но подростковый возраст неизбежно ставит вопросы: “Кем быть?”, “К чему стремиться? ” и так далее. Сегодня нам важно понимать, какими будут методы геномного редактирования через десять лет и далее, а главное — где и насколько успешно они будут применяться». Ученый поделился озабоченностью тем, что уже сегодня CRISPR/Cas9 становится предметом не всегда корректного обсуждения и необоснованных прогнозов. «На самом деле совсем не решен вопрос, можно ли технологию CRISPR/Cas9 в ее сегодняшнем виде перенести в трансляционную, а затем в практическую медицину», — считает Сергей Медведев. 
 
Заведующий лабораторией Института химической биологии и фундаментальной медицины СО РАН, научный руководитель стратегической академической единицы «Синтетическая биология» НГУ профессор РАН, доктор биологических наук Дмитрий Олегович Жарков обратил внимание на негативное восприятие властью и обществом термина «мутация»: «Недавние исследования по секвенированию генома человека показали, что каждая клетка нашего организма отличается от другой в среднем на 25 мутаций, и в этом нет ничего опасного. Но попробуйте объяснить это, например, простому обывателю, для которого мутации — это монстры из фильмов ужасов или те же ГМО, к которым уже сформировалось заведомо отрицательное отношение».
 
 
Директор Института экспериментальной кардиологии (Национальный медицинский исследовательский центр кардиологии Минздрава РФ) доктор медицинских наук Елена Викторовна Парфёнова опасается, что геномное редактирование может разделить судьбу использования в медицинских целях стволовых клеток, вызвавшего заметное количество спекуляций. «В 2000-х годах только появились первые работы и публикации по стволовым клеткам костного мозга, — вспомнила Е. Парфёнова, — и тут же началось их практическое применение, явно преждевременное. В итоге за почти 20 лет потрачены миллиардные суммы, а массовых эффектов получить не удалось. Более того, у многих медиков сложилось негативное отношение к клеточным практикам в целом. Поэтому мы, ученые, должны донести до людей, принимающих решения о финансировании, мысль о том, что геномное редактирование — курица, которая будет нести золотые яйца, но пока это цыпленок. Новая технология должна еще немного подрасти, прежде чем идти в практику. Поэтому сегодня нужно вкладываться в более глубокое изучение ее механизмов, проработку наиболее безопасных решений, в масштабные доклинические испытания. Тогда мы будем иметь уверенность в том, что в клинике получим результаты, на которые рассчитываем».
 
На круглом столе обсуждались первые прецеденты практического применения технологии CRISPR/Cas9 в России. Директор ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН» член-корреспондент РАН Алексей Владимирович Кочетов рассказал о конкретном применении геномного редактирования в растениеводстве: получении нового сорта ячменя в одной из лабораторий ИЦиГ совместно с коллегами из Германии и Всероссийского института растениеводства им. Н.И. Вавилова (ВИР). «Мы воспроизвели природную мутацию — голозерную форму, — рассказал ученый. — При этом сохранен весь набор полезных характеристик, но без многолетнего скрещивания и переноса мутации из других сортов. Генетикам растений работать проще, чем тем, кто ведет исследования на моделях клеток человека». 
 
Кандидат биологических наук Сергей Константинович Свиташев (агрикультурное подразделение концерна DowDuPont, США) констатировал: «Борцы с биотехнологиями активно используют страх перед наукой, перед всем новым… При этом население земного шара растет со скоростью 30 % за 30 лет, и скорее, чем кажется, столкнется с необходимостью такого же наращивания выпуска продовольствия. Кроме того, в среднем по планете растет уровень жизни и, соответственно, потребности людей, в том числе в густонаселенных Индии и Китае: эта тенденция заостряет вопрос о качестве продуктов. К сожалению, общество слишком часто живет только сегодняшним днем, мыслит сиюминутными категориями. Сопротивление новому, предрассудки в отношении науки — а они есть и в Соединенных Штатах — должны быть преодолены». 
 
Сергей Свиташев считает, что поворот общественного отношения к геномному редактированию должен начаться не с растениеводства, а с медицины: «Я надеюсь, что CRISPR-технологии будут раньше применены в генной терапии человека, и это начнет ассоциироваться с чем-то положительным. Когда наберется достаточный запас успешных историй в медицине, тогда и с растениями будет работать легче». 
 
Модератор дискуссии заведующий лабораторией ИЦиГ СО РАН доктор биологических наук Сурен Минасович Закиян подчеркнул, что на «подростковом» этапе развития геномного редактирования необходимо на методологическом уровне решить проблему безопасности: «Когда мы говорим о применении клеток с исправленной или удаленной мутацией, мы должны помнить о вероятности ложноположительных и ложноотрицательных встраиваний. И здесь нам помогают биоинформатики, поскольку речь идет о больших последовательностях, — без такого альянса невозможно проводить эксперименты».
 
«Наука в Сибири»
 
Фото Юлии Поздняковой
 
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 vote)
Поделись с друзьями: 
 

comments powered by HyperComments

Система Orphus