Сегодня - 27.05.2020

Мифы и реальность «байкальской» проблемы в зеркале современных дискуссий

02 октября 2013

 

Источник: сайт NewsBabr, автор член-корреспондент РАН Арнольд Тулохонов.

Фото: В. Короткоручко.

Анализируя мировую и российскую научную литературу или прессу, посвященную современным природоохранным проблемам, можно убедиться, что оз. Байкал, как географический объект, упоминается значительно чаще, чем любая другая точка на карте земных полушарий (Грачев, 2002). Одной из причин такого внимания является многолетняя борьба двух противоположно позиционирующих групп, одна из которых яростно пытается сохранить девственную чистоту окружающей озеро природной среды. Другая часть людей, диверсифицированно, а порой и скрытно, ориентирована на использование тех или природных ресурсов, расположенных в его бассейне. Не всегда это злой умысел, тем не менее, такое противостояние ощущается и на бытовом уровне, и в различных властных структурах.

Как правило, такие дискуссии порождаются слабым знанием специфики предмета и не корректной целевой постановкой вопроса и, в том числе, спекуляциями в попытках решения тех или иных политических, экономических задач. В какой-то мере данную ситуацию можно рассматривать и как общую картину общества, пораженного вирусами средневековой темноты и мракобесия. По телевидению и в средствах массовой информации пропагандируют астрологические прогнозы, народ оглупляют всевозможные шарлатаны, знахари. В то же время прекратило свою деятельность общество «Знание», в киосках давно уж нет научно-популярных журналов: «Знание-сила», «Квант», «Наука и жизнь». Молодое поколение даже не подозревает о былой популярности этих изданий.

Есть и вина науки, которая в пылу академических споров, большей частью увлеченно занимается «копанием в своих норках» и, за редким исключением, не обобщает результаты своих исследований в научно-популярных формах, доступных для населения. Еще меньше работ, посвященных анализу и решению социальных проблем, возникающих в процессе разрушительной хозяйственной деятельности общества.

После саммита глав государств в Рио-де-Жанейро в 1992 г. в мире провозглашена парадигма устойчивого развития, которая утверждает необходимость кардинального изменения вектора развития общества от потребления к разумному использованию природных ресурсов с учетом интересов будущих поколений. Основополагающим базисом нового общества должно стать сочетание экономической, экологической и социальной составляющих на принципах экологобезопасных технологий и решений.

Опыт истории убедительно свидетельствует о том, что только экономически развитое общество в состоянии успешно решать экологические задачи. Трудно представить голодного человека, размышляющего о первичности бытия, а тем более реально действующего в области охраны природы. По этой же причине вряд ли мы можем увидеть российских волонтеров, к примеру, убирающих за свой счет мусор на берегах Женевского озера или оз. Мичиган.

Таким образом, мы приближаемся к ключевой проблеме развития современного общества: «Возрастающий разрыв между богатыми и бедными». При этом не так уж важно: рассматриваем ли мы целые страны или отдельные регионы или социальные группы.

В известном анекдоте, графиня – внучка декабриста, наблюдающая из окна большевиков, штурмующих Зимний дворец, просит служанку узнать чего они хотят. Прибегает служанка и говорит: «Они хотят, чтобы не было богатых». Графиня комментирует: «Как жаль, а мой дед выходил на Сенатскую площадь, чтобы не было бедных». Даже и в нашем обществе очень многие по-прежнему думают, что если не будет богатых, бедные будут жить достойно.

К сожалению, история никого и ничему не учит, поэтому по-прежнему наше общество раскалывается на большинство бедных и меньшинство богатых. Основные финансовые ресурсы страны концентрируются только в столичном регионе. На фоне редеющего населения России там же, в единственном регионе, идет прирост населения. Люди, как и мухи, слетаются туда, где есть «мед».

В конечном итоге, эти размышления позволяют нам приблизиться к пониманию проблем, возникающих в Байкальском регионе вокруг вопросов сохранения природного уникума, доставшегося нам в наследство и, в том числе, от наших предков. Нельзя сказать, что руководство новой России уделяет мало внимания этой задаче. Приняты две федеральные программы по охране оз. Байкал, есть и специальный закон «Об охране оз. Байкал». Оз. Байкал включено ЮНЕСКО в список Участков мирового природного наследия. В то же время обе федеральные программы не выполнены, более того, последняя вообще закрыта как не перспективная, не действует и принятый закон.

Поэтому автор в форме открытой дискуссии попытался изложить свою точку зрения по основным вопросам так называемой «байкальской» проблемы, которой он занимается много лет. Основной материал излагается в форме, доступной для массового читателя, а для людей, интересующихся деталями, можно предложить дополнительную информацию в виде представленного ниже списка литературы.

Дискуссия первая: «Что такое оз. Байкал?».

Ответ на этот довольно простой вопрос не так однозначен, как кажется. Для туриста важны природные пейзажи, для геолога - это сейсмоактивная рифтовая структура, бизнес воспринимает озеро как практически неисчерпаемый источник продажи питьевой воды, энергетик рассматривает озеро как источник дешевой электроэнергии, для местного жителя более важны рыбные ресурсы и т.д. С точки зрения конвенции ЮНЕСКО об Участках мирового природного наследия - это один из немногих объектов, отвечающих всем четырем критериям уникальных природных памятников природы.

В поисках ответа мы вынуждены признать, что крупнейшее по объему пресное озеро планеты уже таковым не является. С 1957 г. – времени завершения строительства Иркутской ГЭС - оз. Байкал стало частью Иркутского водохранилища, ограниченного плотиной в г. Иркутске. Соответственно, по критериям ЮНЕСКО оно не может быть признано природным объектом, ибо его гидрологический режим определяется не естественными процессами, а интересами владельцев ОАО «Иркутскэнерго».

Далее, федеральным законом «Об охране оз. Байкал» - единственным в России природоохранным законом для отдельного объекта - устанавливается, что оз. Байкал является уникальной экологической системой Российской Федерации и природным объектом Всемирного наследия. В статье 1 закона признается приоритет международных правил над федеральным законодательством. Таким образом, Россия обязуется соблюдать международное природоохранное законодательство. По этой причине невыполнением своих обязательств по сохранению экосистемы озера, наша страна уже не раз подвергалась угрозе санкций со стороны ЮНЕСКО.

По законам гидрологии оз. Байкал - это только часть транзитной водной системы, начинающейся в степях Монголии, где формируются истоки р. Селенга - главного притока оз. Байкал. Именно р. Селенга поставляет в котловину озера половину годового стока всего бассейна. Дальнейшее движение водного потока продолжается в истоке р. Ангара и завершается в устье р. Енисей. Очевидно, что экологическое состояние оз. Байкал во многом зависит от хозяйственной деятельности, происходящей за пределами России. В свою очередь уровень озера определяет объем производства самой дешевой в стране электроэнергии и даже масштабы судоходства и северного завоза для Красноярского края.

Таким образом, уже в первой дискуссии мы утверждаем не легитимность многих международных и федеральных нормативов. Более того, мы должны представлять всю сложность природного устройства данного объекта, который не является озером, а его водный режим и деятельность зависят от множества факторов и, в свою очередь, влияют на хозяйственную деятельность далеко за пределами своего бассейна.

Дискуссия вторая: «Об экологической ситуации экосистемы оз. Байкал».

В средствах массовой информации время от времени появляются различные материалы о катастрофической ситуации в разных участках акватории озера. Не загружая читателя научной терминологией, можно на побережье озера выделить несколько зон повышенной антропогенной нагрузки. На юге наибольшую опасность представляет Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат. В равной степени вредные вещества производных от хлорных соединений и других опасных веществ попадают и в сбросы в озеро, и в выбросы в атмосферу. При очень вероятных сильных землетрясениях возможны массовые поступления ядовитых отходов в озеро из склоновых шламохранилищ, многие десятилетия накапливающих отходы комбината.

Потенциально опасным источником загрязнения остается железная дорога, по которой сотнями тысяч тонн транспортируются в Китай и Монголию различные углеводороды. На Транссибе, в непосредственной близости к озеру, уже не раз происходили подобные аварии пока с пустыми цистернами и вагонами. Такая же ситуация и на севере Байкала в зоне БАМ. Однако здесь меньше протяженность прибрежной полосы и транспортная нагрузка.

Самая высокая рекреационная нагрузка наблюдается в районе пос. Листвянка. При этом жидкие и твердые отходы от многочисленных туристических фирм отелей практически сразу попадают в Иркутское водохранилище и вывозятся за пределы озера.

Самым крупным по объему источником поступления речных вод является район дельты р. Селенга. По результатам многолетних исследований установлено, что водно-болотно-островная система дельты р. Селенга является естественным фильтром и барьером для техногенных элементов, поступающих в р. Селенга из Монголии, г. Улан-Удэ и других населенных пунктов. Наблюдения за отдельными источниками речных загрязнений позволяют сделать вывод о том, что в естественном водном потоке происходит самоочищение и ниже по реке на протяжении 20-30 км речная вода приобретает природные характеристики. При этом в мутной воде самоочищение происходит быстрее.

Наиболее сложная антропогенная нагрузка наблюдается в Чивыркуйском заливе. Во- первых, эта акватория становится самым популярным участком озера для водных туристов, рыбаков и охотников. Во-вторых, здесь практически замкнутая водная экосистема с ограниченным водообменом с озером. В-третьих, залив интенсивно прогревается, что создает благоприятные условия для роста водной растительности. В- четвертых, для эксплуатации водного транспорта здесь нет организованных заправок и пунктов сбора жидких отходов, в результате происходит интенсивное загрязнение озера фекалиями, мусором и нефтепродуктами. Много мусора поступает после зимней рыбалки.

С организацией особой экономической зоны для развития туризма в ближайшей перспективе резко возрастет нагрузка на участках озера: «Турка», «Пески», «гора Бычья» и прилегающее побережье. По некоторым проектным оценкам здесь предполагается круглогодичное единовременное размещение до 10 тысяч туристов.

При всей невероятности подобной цифры возникает множество вопросов и, прежде всего, связанных с утилизацией жидких отходов в зимний период, проблемами парковки, заправки и эксплуатации возрастающего количества судов.

Особо сложная ситуация складывается на Северном Байкале. В связи с высоким уровнем водного зеркала озера здесь происходит постоянный размыв береговой косы Ярки, отделяющей Байкал от мелководья дельт рек Кичера и Верхняя Ангара. На этой огромной заболоченной равнине расположены наиболее продуктивные экосистемы обитания ондатры, гнездовья перелетных птиц, нагула ценных пород рыб.

Основной причиной разрушения островов является эксплуатационный режим Иркутской ГЭС. В стремлении получения максимального количества дешевой электроэнергии владельцы гидростанции поддерживают высокий уровень водного зеркала озера. По наблюдениям последних лет, эти острова разрушаются со скоростью до полуметра в год. При их максимальной ширине не более 100 метров такой песчаный барьер может в ближайшее десятилетие исчезнуть и тогда холодные воды Байкала разрушат экосистему дельты, а его площадь возрастет на десятки километров к северу, полностью изменив природу Северного Прибайкалья. Поэтому одна из главных задач хозяйственной деятельности при использовании водных ресурсов озера заключается в сохранении безопасного режима эксплуатации ангарских ГЭС.

В конечном итоге, можно утверждать, что такие точечные загрязнения не оказывают пока существенного влияния на природные характеристики огромного озера, которое активно работает в режиме самоочищения.

Дискуссия третья: «Что делать?».

Мы должны констатировать, что для решения «байкальской» проблемы сделано очень много и даже не сопоставимо больше, чем для любой российской территории. В первую очередь - это принятие многочисленных постановлений ЦК КПСС и Совета Министров СССР, благодаря которым реализованы основные природоохранные задачи: строительство очистных сооружений г. Улан-Удэ, запрет на молевый сплав по байкальским рекам, строительство грузосборочной дороги в Баргузинской долине, полный водооборот на Селенгинском ЦКК и т.д.

Уже в постперестроечное время были приняты федеральные целевые программы, первый и единственный в России региональный закон «Об охране оз. Байкал», оз. Байкал включено ЮНЕСКО в список Участков мирового природного наследия. Однако мы вынуждены признать, что все эти «высокие» документы не повлияли реально на улучшение экологической обстановки в регионе. А федеральная программа по охране оз. Байкал, принятая в 2001 г., через три года решением Минфина России закрыта как неперспективная.

Единственным положительным результатом «ельцинских реформ» стало разрушение экономики, в результате чего закрылись десятки предприятий и, соответственно, снизилось количество промышленных отходов в бассейне озера.

Возникает тот самый вопрос: «Что делать?». Для ответа на этот вопрос надо, прежде всего, осознать, что акцент на запретные мероприятия в современных государственных документах не решает поставленную задачу. В старых партийных документах отсутствует термин «запретить», а если он присутствует, то предлагается альтернатива. Поэтому запретив молевый сплав леса, сразу же строились дороги и развивался транспорт для лесоперевозок. Для снижения нагрузки на водную среду внедрялись новые технологии очистки воды.

Совершенно иной путь предложен современным законодательством. Правительством России утвержден перечень видов деятельности, запрещенных на территории Центральной экологической зоны, то есть непосредственно на побережье озера. К примеру, этим актом запрещена выделка и крашение меха, дубление и выделка кожи. Поэтому местный житель, добыв на законной основе белку или нерпу, должен выехать за пределы Центральной зоны и там выделывать и красить свою шапку.

Этим же перечнем запрещено производство источников автономного электропитания и, соответственно, здесь нельзя строить объекты на солнечной и ветровой энергии. Кто-то в правительстве России росчерком пера запретил строительство в прибрежных населенных пунктах предприятий легкой, пищевой, мукомольно-крупяной промышленности. Таким образом, местные жители не имеют права построить пекарню, мельницу, пошивочный цех. И смешно и грустно читать такие постановления правительства, которые никогда не будут выполняться. Совершенно не случайно этот документ изменяется дважды в год.

Ключевым вопросом в решении поставленной задачи сохранения окружающей природной среды является интерес местного жителя. На берегах озера должна развиваться экономика, в которой основным деятелем является человек, живущий здесь. А для этого он должен иметь собственность и ее сохранять. Закономерно возникает главный вопрос для дискуссии: что и от кого должен охранять закон «Об охране оз. Байкал».

Обращаясь к мировому опыту решения подобных проблем необходимо понять, что запретный механизм сохранения природной среды в противопоставлении местному населению наименее эффективен. В России давно уже перестали ставить заборы на пути постоянного движения людей. Намного продуктивней сначала обустроить такие тропинки и только затем «городить огороды».

Точно также малополезным занятием является выделение запретных зон на территориях постоянного проживания людей. Трудно представить, что для сохранения Женевского озера или оз. Мичиган органы власти будут создавать какие-то особые центральные зоны. Вблизи этих озер великолепно сосуществуют и атомные предприятия и химические заводы, и никто не исходит криком, взывая закрыть эти предприятия. Немцы в перспективе планируют закрытие своих атомных заводов. Однако тогда небо Европы закроют выбросы угольных ТЭЦ, а последствия возможных катастроф «мирного» атома вполне реально могут быть связаны с функционированием АЭС Франции.

В конечном итоге, данная дискуссия может быть решена только формированием экологической культуры населения и властных структур, персональной ответственностью всех лиц, имеющих отношение к природоохранной политике.

Дискуссия четвертая: «Кто виноват?».

В России традиционно быстро награждают не причастных и наказывают невиновных. В последние годы с трудом определяют виновных и тем более еще не было случая, чтобы дело доходило до их наказания. Президент дает указания, которые тонут в толпе подчиненных и это уже никого не удивляет. Между тем, вполне понятно, что одной из главных причин является отсутствие профессионализма у людей, принимающих решение и тем более отвечающих за их выполнение.

При советской власти к управлению региональных и союзных структур всегда приходили люди, прошедшие самостоятельную хозяйственную или партийную работу по профилю своей отрасли. Ныне достаточно иметь санкт-петербургскую прописку и близость к определенным персонам и не более того.

Сегодня на самых верхних уровнях власти совершенно случайные люди возглавляют отрасли обороны, здравоохранения, сельского хозяйства, недропользования и т.д. Они пишут и утверждают законы, которые никто не выполняет. Они выделяют и сами успешно осваивают средства из федерального бюджета. Данная ситуация проецируется на выполнение конкретных заданий. Легко проследить, как крупные природоохранные тендеры выигрывают те же «случайные» фирмы, которые никогда и не были в регионе и это уже не только коррупция, а просто традиция.

Другая причина в сложившейся ситуации в так называемых «временщиках». Никто из властных структур и даже в бизнесе не уверен в завтрашнем дне, почти как во времена предвоенных репрессий. Соответственно, их поведение заключается в решении простых житейских проблем «набить карманы и бежать». Понять таких людей можно, оправдать нет. Только на моей памяти в федеральных и в наших региональных природоохранных структурах сменилось не менее пяти руководителей, а в Иркутской области уже и не перечислить. А в министерстве природных ресурсов России людей, реально знающих ситуацию на Байкале, осталось два человека.

В попытках решения этой проблемы в первой редакции федерального закона «Об охране окружающей природной среды» была статья об обязательной экологической подготовке руководителей и специалистов, имеющих отношение к использованию природных ресурсов. Однако чиновники быстро осознали свою оплошность и в следующей редакции эта статья уже исчезла. И у нас, в Бурятии, парламент «прокатил» предложенный мной проект закона об экологическом образовании и формировании экологической культуры населения, реально представив, что им всем придется сдавать экзамен на экологическую грамотность.

Полнный текст читайте на  сайте NewsBabr.

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (4 votes)
Поделись с друзьями: 

Система Orphus