Сегодня - 15.07.2020

Академик Будкер: только на передовой!

24 апреля 2020

Приближается 75-летие победы в Великой Отечественной войне. В честь юбилея мы подготовили цикл статей о выдающихся ученых Сибирского отделения РАН, которые — как на фронте, так и в тылу — отдавали все силы, чтобы день победы стал реальностью. Мы отыскали в архивах публикации, на страницах которых наши герои, их современники, а также историки рассказывают о том, как люди науки помогали своей стране справиться с врагом. Серию «Юбилей великой победы» продолжает материал, посвященный основателю Института ядерной физики СО РАН академику Гершу Ицковичу Будкеру.

Будущий знаменитый ученый пошел записываться на фронт 23 июня 1941 года — прямо с последнего государственного экзамена в Московском государственном университете имени М. В. Ломоносова. Будкер шел добровольцем, хотя имел бронь, которая освобождала его от призыва как специалиста, нужного оборонной промышленности. На войне он прославится и как смелый боец, командующий зенитными войсками, и, что неудивительно, как изобретатель, усовершенствовавший оружие для победы.
 
С первых дней в армии Будкер стал именовать себя простым для понимания и произношения именем — Андрей Михайлович. Он не желал пользоваться послаблением и трудиться в тылу, рвался на фронт, в самое пекло сражений, и из-за этого даже попадал в неприятные ситуации. Когда прошло уже тридцать лет после победы, Будкер рассказал своему младшему сыну историю, которая сохраняется в семейных преданиях под названием «Как папа был дезертиром». 
 
Здесь и далее цитаты по рассказу Аллы Александровны Мелик-Пашаевой «Будкер в четырех ракурсах // Пути в незнаемое. Писатели рассказывают о науке»:
 
«Будкер попал вначале не в регулярную воинскую часть, а в один из отрядов Московского ополчения. Командир, усталый седой человек, не знал, куда спрятаться от этого шумного, рыжего, постоянно вертевшегося под ногами новобранца, который задавал кучу вопросов и требовал немедленно выдать ему оружие. Но в один из жарких июльских дней 1941 года в расположении отряда появился грузный человек, который был военпредом оборонного предприятия и срочно разыскивал дезертира Будкера! Оказывается, за несколько месяцев до начала войны он, как обремененный семьей выпускник, был распределен, в порядке исключения, не в школу, а на подмосковный завод — дефектоскопистом. В первый же день войны этот завод стал оборонным предприятием, а Будкер попал в число очень дефицитных специалистов по контролю качества металла. Один бог ведает, как удалось военпреду его разыскать в суматохе и неразберихе первых дней войны. Военпред обрушил на голову Андрея поток брани и страшное обвинение — дезертир. И тут произошло неожиданное: измученный до этого Будкером командир отряда вдруг начал горячо его защищать, он буквально взорвался: “Какой он, к лешему, дезертир? Он же воевать пришел, и всю плешь проел своими вопросами! А ты — дезертир!” Тридцать лет спустя после этих событий Будкер так и не смог решить, кто же был тогда прав. Доброволец, рвущийся из тыла в пекло войны, или же военпред, которому позарез нужен был в тылу редкий специалист…»
 
Герш Будкер за знаменитым круглым столом ИЯФ
   Герш Будкер за знаменитым круглым столом ИЯФ 
 
Однако вскоре Герш Ицкович попал на фронт, командовал в звании лейтенанта зенитной батареей. В мирное время он часто вспоминал лица девочек-зенитчиц, которыми руководил.
 
«Пройдет много лет после войны, и эти девочки сольются в его воображении с героинями повести Бориса Васильева “А зори здесь тихие”, и, читая, он будет плакать, не скрывая слез, над их загубленными войной судьбами. Когда в Театре на Таганке был поставлен спектакль по этой повести — А. М. снова душили слезы. Он рассказывал в антракте о девочках-зенитчицах своей батареи: он не мог без боли слушать их почти детские голоса и, как мог, старался защитить их от тягот военного времени».
 
Ночами, когда на фронте выдавалась спокойная минутка, будущий академик всматривался в звездное небо и размышлял о красоте и парадоксах теории относительности, которая так заинтересовала его в студенческие годы. Там, на фронте, в полевой зенитной части, он сделал первое свое изобретение — усовершенствовал систему управления зенитным огнем. Командир его части назвал созданный им прибор АМБ — Андрей Михайлович Будкер. В начале 1945 года Г. И. Будкер участвовал в работе слета армейских изобретателей в Москве. Он всегда с благодарностью вспоминал своих боевых товарищей, считал, что армия много ему дала для понимания человеческих отношений. 
 
«При всей его преданности физике, А. М. говорил, что его поколение запомнится не атомной бомбой, а тем, что оно переломило хребет фашизму. “А мы в этом с удовольствием, даже со страстью, — уточнял он, — принимали участие”. И такие радость и гордость были в его словах (…)».
 
6 августа1945 года застало Герша Ицковича на Дальнем Востоке — их воинская часть была переброшена туда после победы над Германией. Сообщение о том, что произошло в этот день над Хиросимой и Нагасаки ошеломило его. Он как физик-теоретик хорошо знал, что означают загадочные в то время слова «атомная бомба». В этот день он твердо решил принять участие в решении атомной проблемы, но работать только на мирный атом. И уже в 1946 году, сразу же после демобилизации, начал свою научную деятельность в знаменитой «двойке» (лаборатории № 2 — так тогда назывался Институт атомной энергии АН СССР ) — у Игоря Васильевича Курчатова.
 
«Физики его поколения — поколения, создавшего ядерное и термоядерное оружие, в долгу перед человечеством и просто обязаны создать необозримый океан энергии — не для разрушения, для созидания. Это я слышала от Андрея Михайловича много раз».
 
Первой научной задачей будущего академика стал анализ динамики частиц в циклотроне. Затем он занимался теорией управления уран-графитовыми атомными реакторами. В 1950 году защитил кандидатскую диссертацию, а затем начал работы с управляемыми термоядерными реакциями. В 1952 году Будкер предлагает две идеи: магнитных пробок для удержания плазмы и релятивистского стабилизированного электронного пучка для ускорения тяжелых частиц. В 1954 году для проверки идей по физике ускорителей создается лаборатория новых методов ускорения. Уже в 1956 году Герш Ицкович защищает докторскую диссертацию. С 1957 года, при поддержке академика Курчатова, Будкер принимается за создание Института ядерной физики Сибирского отделения АН СССР, и в 1958 году его лаборатория преобразуется в отдельный институт. С начала 1960-х годов Герш Ицкович активно занимается реализацией метода встречных пучков, в 1964 году захвачен первый пучок в накопитель ВЭП-1, а в 1967 году коллектив института во главе с Будкером получает Ленинскую премию за эксперименты на встречных пучках. 
 
По материалам:
 
1. А. Мелик-Пашаева.  «А. М. Будкер в четырех ракурсах // Пути в незнаемое. Писатели рассказывают о науке». Москва, «Советский писатель», 1988 г.;
2. «Андрей Будкер, физик» («Наука в Сибири», 8 мая 2008 г.);
3. «У всех нас общий корень — это Будкер и его идеи» («Наука в Сибири». 3 мая 2018 г.).
 
«Наука в Сибири»
 
Фото из архива ИСИ СО РАН
 
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 vote)
Поделись с друзьями: 

Система Orphus