Сегодня - 04.12.2020

Этническое разнообразие под угрозой

20 мая 2015

Лозунг «Россия — страна многонациональная» превратился уже в словесный штамп. Однако имеет место печальный факт: в современном мире глобализации малым народам всё труднее сохранять свою идентичность — они забывают язык, обычаи, перестают заниматься традиционными промыслами. Ученые обсуждают, как противостоять этой тенденции. 

С обозначенной проблемой сталкиваются практически все многонациональные страны: с одной стороны, необходимо обеспечить единство и целостность государства, равные права для всех его жителей, с другой — сохранять и поддерживать имеющееся этническое разнообразие. Осуществлять последнее всё труднее. Трассы и промышленные комплексы все ближе подбираются к традиционным поселениям, нередко «заползая» на территорию, которую испокон веков использовали для своих промыслов малые народы. Унифицированное образование и современные информационные технологии значительно ускоряют процессы культурной ассимиляции — люди перестают осознавать себя ненцами, алеутами, манси, их образ жизни полностью уподобляется тому, который ведут остальные жители страны.

«Большая часть неразведанных мировых запасов ископаемых ресурсов, добывающих и металлургических предприятий расположена на территориях проживания коренных народов. Это можно проследить, в том числе, и на примере Российской Федерации», — пишут исследователи (М.В. Белозёрова, Сочинский научно-исследовательский центр РАН, «Глобализация и некоторые проблемы коренным малочисленных народов»). Так, месторождения нефти и газа находятся там, где обосновались народы Севера, уголь и металлургия — в Кузбассе (традиционное место проживания телеутов и шорцев). Более того, в последние 20-30 лет складывается тенденция к увеличению потоков инвестиций в добывающие отрасли, а следовательно — и промышленному освоения указанных территорий. Коренные этносы сталкиваются с необходимостью выживания в новых условиях. Так, перед телеутами, проживающими в Беловском районе Кемеровской области, в начале 1990-х г. был поставлен вопрос о переселении в Республику Алтай.  Дело в том, что угольные предприятия практически заняли все сельскохозяйственные угодья, разрезы «наступали» на поселки, сложилась неблагоприятная экологическая обстановка. В результате действия промышленных гигантов хозяйства несли убытки, традиционное животноводство в этих условиях стало невозможным.


«Если обратиться к международному опыту, то промышленное «давление» на территории коренных народов спровоцировало принудительное массовое их переселение в Гане, Гайане, Индонезии, Колумбии, Малайзии, Перу и Филиппинах», — М.В. Белозёрова, «Глобализация и некоторые проблемы коренных малочисленных народов».


Вторая проблема: в условиях современной экономики традиционные промыслы зачастую оказываются нерентабельными. Однако вследствие удалённости и труднодоступности этнических поселений альтернативы этому способу заработка на жизнь там, как правило, нет.  Такая ситуация приводит к повальной бедности и «маргинализации» населения  — основным источником дохода становятся полагающиеся малым народам социальные пособия, люди чувствуют себя потерянными, часто спиваются. Вот что пишут об этом сибирские учёные из Института философиии и права СО РАН, проанализировавших опыт экономической адаптации автохтонных этносов Кемеровской области: «Удельный вес безработных составил 65% трудоспособного населения в моноэтничных (п. Чилису-Анзас, Усть-Анзас) и до 40% в полиэтничных поселениях (п. Ключевой, Чулеш Кызыл-Шорской территори). Проблематичная ситуация сложилась, прежде всего, по причине весьма ограниченного числа имеющихся постоянных рабочих мест(…). По оценкам экспертов, основным источником денежных средств являются пенсии и пособия. Все остальные, включая зарплату и доход от промысла, по важности значительно уступают им(…). Следствием ситуации на рынке труда стала маргинализация части семей (от 10 до 25%), которые не практикуют промысловую деятельность и, в то же время, не имеют в своём составе официально трудоустроенных лиц» (М. Р. Зазулина, Институт философии и права СО РАН, «Особенности экономической адаптации автохонных этносов Сибири»). Подобные же проблемы отмечают другие исследователи: «Уровень социально-экономического положения тувинцев-тоджинцев остается низким. Они не получают зарплату, им не гарантировано социальное страхование. Разрыв между качеством жизни коренных малочисленных народов и остального населения остается существенным» (В. С. Кан, Тувинский институт гуманитарных исследований, «Проблемы тувинцев-тоджинцев и пути их преодоления»).


Традиционные и современные системы жизнеобеспечения оказываются конкурирующими. Развитие одной неизбежно ведёт к сокращению другой.


Уникальная культура малых народов также оказывается под угрозой. Исследователи коренного населения Южной Якутии отмечают: «Российская идентичность для большей части жителей является приоритетной по сравнению с этнической и региональной (…). Представители младших возрастных когорт в большей степени, чем старших, ощущают себя россиянами, чем якутами. Данная тенденция, скорее всего, является естественным следствием укрепления государственности, сопровождающегося пропагандой российской идентичности и транслируемой, прежде всего, через систему образования» (Т. С. Ермолаев. Институт гуманитарных иследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН, «Этносоциальные последствия индустриализации Южной Якутии»). Вузы вносят свой вклад в этот процесс. Учёные выявили последовательность: чем больше ступеней обучения прошел респондент, тем меньше он отождествляет себя со своим этносом. Этот факт кажется исследователям несколько алогичным, так как образование всегда стимулировало интерес к собственным историческим корням.


Некоторые национальные обычаи и обряды, такие как многоженство, кровная месть, определённые технологи традиционного жизнеобеспечения, могут входить в противоречие с нормативно-правовой практикой государства, федеральным законодательством и общечеловеческими ценностями.


Подобная ситуация, разумеется, влияет и на утрату значения национального языка. Так, некоторые особенно малочисленные этносы, например, ительмены (Камчатка), во всех сферах своей жизнедеятельности перешли на русский и не передали следующим поколениям родное наречие.

Поскольку естественные процессы глобализации и индустриализации сегодня играют против сохранения культур народов России, необходимо принимать для этого специальные меры, в первую очередь, на уровне государства, считают исследователи. Во-первых, ни в коем случае нельзя допустить утраты традиционных промыслов. Нужно устроить так, чтобы они сочетались с другими способами заработка, но не заменялись полностью последними. По мнению учёных, хорошим подспорьем в этом станет развитие такого модного направления, как эколого-этнографический туризм. Например, этно-деревень, где гости могут познакомиться с обычаями, поучаствовать в обрядах, пожить в традиционных жилищах, попробовать блюда местной кухни (для гурманов существуют даже специальные гастрономические туры). Такая практика успешно развивается за рубежом, в частности в богатой этническим разнообразием Канаде.

Во-вторых, необходимо сделать начальное и среднее образование малых народностей двуязычным, то есть осуществлять его, в том числе, и на национальных языках, или даже максимально вписать в традиционный уклад жизни. В ЯНАО уже несколько лет реализуется проект «Кочевая школа», который позволяет обучать маленьких кочевников без отрыва от семьи (раньше детей для этого отправляли в школы-интернаты), родного языка и традиционных промыслов.  

Сохранять такие важные составляющие культуры, как песня и танец, также можно с помощью системы образования — через молодёжные фольклорные группы. Например, кумандинцы (Алтай) исполняют не только традиционные напевы, но и переведённые на родной язык популярные русские композиции — «По диким степям Забайкалья», «Подмосковные вечера» и другие. Также среди кумандинцев становится популярным заниматься реконструкцией этнических костюмов, украшений и даже возраждением древних обрядов. Один из них  — Кочо-кан — начинает приобретать определённую роль в современной праздничной культуре, при том, что в 1960-1970-ых, когда он описывался учёными, многие старики уже затруднялись его вспомнить. «Необходимость обращения к Кочо-кану связана, видимо, с активными поисками современыми кумандинцами своей отличительности, особености, которая ими осознается как приверженость стариным обрядам», — пишут исследователи (И. И. Назаров, Алтайский государственый университет. «Новые маски»: возрождаемые явления традиционной культуры кумандинцев в системе управления и развития этнокультурного наследия региона»). Среди молодых шорцев стало входить в моду проводить свадьбы по древним обычаям.

Учёные отмечают, что сохранение этнических культур ни в коем случае не означает их консервацию — как и всякие живые они меняются, необходимо лишь, чтобы эти изменения не подавляли, а обогощали их. Так, современые ненцы, ханты и селькупы, занимаясь традиционым хозяйствованием, имеют в своём распоряжении не только оленей с упряжками, лодку, но и мощную технику: «бураны», моторные лодки, в чумах не являются исключительной редкостью телевизоры, нередко — и компьютеры. Традиционные камусные лыжи кумандинцев модернизированы с помощью электрического мебельного степлера, крепко держащего обшивку. Вместо костыля или посоха, изтотовливавшегося  из комеля березы и имевшего вид лопаты, теперь охотники ипользуют металлические лыжные или треккинговые палки, которые можно подобрать по росту в любом спортивном магазине. Также они отдают предпочтение современой легкой обуви, а не традиционой, сшитой из конской шкуры.

«Если традиционая культура не меняется, то она превращается в музейный экспонат», —утверждает заведующий сектором этносоциальных исследований Института философии и права СО РАН доктор экономических наук Юрий Владимирович Попков.

Подготовила Диана Хомякова

По материалам сборника конференции «Малочисленные этносы в пространстве доминирующего общества: практика прикладных исследований и эффективные инструменты этнической политики».
 

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 vote)
Поделись с друзьями: 

Система Orphus