Сегодня - 12.08.2020

Щитом и углем

02 июля 2020

В честь юбилея Победы мы подготовили цикл статей о выдающихся ученых Сибирского отделения РАН, которые — как на фронте, так и в тылу — отдавали все силы, чтобы день победы стал реальностью. Мы отыскали в архивах газеты публикации, на страницах которых наши герои, их современники, а также историки рассказывают о том, как люди науки помогали своей стране справиться с врагом. Будущий член-корреспондент Академии наук, инженер-горняк Николай Андреевич Чинакал во время войны в разы увеличил на Кузбассе добычу угля — ресурса, без которого победа вряд ли была бы возможна.

«С начала войны и временной потери Донецкого и Подмосковного угольных бассейнов Кузбасс стал не только основной топливной базой, но и центром крупной химико-металлургической промышленности. Однако зимой 1941-го и весной 1942-го положение с добычей угля в Кузбассе временно ухудшилось, так как большинство обученных горнорабочих ушло на фронт. Не доставало запасных частей для ремонта механизмов, уменьшилось количество инженерно-технических работников шахт», — писал академик Алексей Павлович Окладников. 
 
Уголь в военное время был необходим — для оборонной промышленности, для обеспечения топливом транспорта и электростанций. «Металлургическая промышленность, главной задачей которой с начала войны становится выпуск высококачественных сталей для производства орудийных стволов, танковой брони, снарядов, повысила требовательность к качеству кокса и, следовательно, к коксующимся углям. Одновременно коксующиеся угли являлись сырьем для производства боеприпасов. Таким образом, решение вопроса о всемерном увеличении добычи коксующихся углей было для Кузбасса задачей номер один!» — говорил в докладе, посвященном 20-летию победы, Владимир Григорьевич Кожевин, в годы войны трудившийся главным инженером на шахтах «Северная» и № 10 в городе Осинники.
 
Николай Чинакал в то время работал в Томском индустриальном институте, заведуя кафедрой шахтного строительства. В Сибирь он попал, будучи осужденным на шесть лет строгого режима по сфабрикованному «шахтинскому делу». Ученый был освобожден досрочно, но не уехал и навсегда связал свою жизнь с суровым краем.
 
Сотрудники Института горного дела на полигоне испытаний пневмопробойников в Академгородке: В. М. Терин, А. Д. Костылев, Н. А. Чинакал, П. И. Жигальцев, В. В. Каменский, О. М. Козловский. 1970 год
   Сотрудники Института горного дела на полигоне испытаний пневмопробойников в Академгородке: В. М. Терин, А. Д. Костылев, Н. А. Чинакал, П. И. Жигальцев, В. В. Каменский, О. М. Козловский. 1970 год
 
«В 1935 г. Николай Андреевич разработал принципиально новую щитовую систему добычи угля на мощных пластах крутого падения. Идея щитового крепления являлась весьма оригинальной: в ней тогда впервые вес крепи и давление обрушенных пород были использованы для перемещения щитовой крепи вслед за подвиганием забоя. Внедрение щитовой системы послужило началом создания в горном деле нового перспективного направления в системах разработки мощных крутопадающих пластов. 
 
По определению академика Льва Дмитриевича Шевякова, щитовая система “...принадлежит к оригинальным созданиям советской горной техники”. Французский профессор Пок так охарактеризовал ее значение: “С использованием щитов, передвижного деревянного крепления, "шагающего" крепления, старая система защиты шахтера — деревянное крепление одиночными деревянными стойками — уже почти готова отжить свой век. Это, без сомнения, является одним из наиболее необычайных событий в истории горного искусства и науки”.
 
Кроме улучшения технико-экономических показателей добычи угля, щитовая система значительно облегчала труд шахтеров, освобождала их от тяжелых работ по креплению призабойного пространства и создавала более безопасные условия труда», — писали академик Михаил Владимирович Курленя и другие на страницах «Науки в Сибири» (номер от 25 декабря 2008 года).
 
«Уже к концу первого года войны с помощью щитов на шахтах Прокопьевска добывалась треть, а на таких как Коксовая, им. Калинина, им. Ворошилова, — почти половина угля. С оккупацией Донбасса Кузнецкий бассейн становится важнейшим поставщиком коксующихся углей, обеспечивая оборонную, металлургическую и коксохимическую промышленность сырьем, а транспорт и электростанции — топливом. Основную долю прироста добычи в Кузбассе взяли на себя “щиты Чинакала”», — отмечала Замира Мирзовна Ибрагимова в очерке «Земное тяготение».
 
Публицист цитирует сотрудника института Горного дела им. Н. А. Чинакала СО РАН доктора технических наук Георгия Ивановича Кулакова: «Не горняку трудно оценить, какой революционный переворот совершила щитовая система, — надо знать, что такое системы разработки горизонтальными и наклонными слоями, трудоемкие, требующие большого расхода леса на крепление очистных забоев.
 
Щитовая система на несколько десятилетий стала наиболее производительной в Кузбассе (вплоть до появления современных механизированных комплексов на пологих пластах). Производительность щитового забоя на пластах мощностью 6 м достигала 1 000 т в сутки, что было абсолютно недосягаемо для всех известных в те годы (конец тридцатых, сороковые, пятидесятые) систем. И в таком высокопроизводительном забое работало всего два забойщика в смену.
 
Изобретение Чинакала стало первой в мировой практике и по существу пока единственной до сих пор системой разработки, обеспечившей использование сил горного давления в технологии выемки угля. Щит движется вперед (вниз по падению) исключительно за счет сил горного давления. Впервые человеку удалось “приручить” разрушительную природную силу, заставить ее работать на пользу человеку».
 
Для внедрения своей щитовой конструкции в Кузбассе Николай Андреевич во время войны не раз выезжал на место работ с бригадами геологов. Кроме того, чтобы иметь возможность еще больше помочь шахтам, ученый добился создания при Томском электромеханическом заводе «бюро Чинакала» (так оно и называлось в распорядительном документе). Бюро занималось усовершенствованием щитовых крепей и проектированием щитовой системы для разнообразных горно-геологических условий.
 
В 1943 году за щитовую систему разработки угольных пластов когда-то опального Н. А. Чинакала наградили Сталинской премией.
 
Осенью того же года вышло постановление Совета народных комиссаров СССР об организации в Новосибирске Западно-Сибирского филиала Академии наук. Один из четырех его институтов — Горно-геологический —  возглавил Николай Андреевич Чинакал. В должности директора института он проработал 28 лет.
 
Н. А. Чинакал (в центре) с коллегами. 1975 (прибл.), Новосибирск
   Н. А. Чинакал (в центре) с коллегами. 1975 (прибл.), Новосибирск
 
На этом посту ученый немало сделал для развития горного дела на территории Сибири. «В годы становления ЗСФ АН СССР Горно-геологический институт явился инициатором совершенствования систем разработки угольных месторождений Кузбасса, поисков нефти и газа в Сибири, освоения и расширения железорудной базы Горной Шории, а также исследований уникального в Западной Сибири Бакчарского месторождения железных руд. <...> При активной поддержке Н. А. Чинакала в ИГД СО АН СССР получили жизнь новые научные направления: исследования по совершенствованию открытых горных работ, создание электрических машин ударного действия, исследования по физиолого-гигиенической оценке горных машин. Ряд крупных достижений института получил широкую известность. Группе ученых, работающих под руководством доктора технических наук Бориса Васильевича Суднишникова, в 1966 году была присуждена Ленинская премия за разработку научных основ создания и внедрения в производство комплекса высокопроизводительных механизмов для бурения скважин в подземных условиях. В числе лауреатов был и Николай Андреевич. Также были разработаны и внедрены оригинальные пневматические машины ударного действия, в их числе знаменитый на весь мир пневмопробойник (“Русская подземная ракета”)», — писали в «Науке в Сибири» Михаил Курленя и другие.
 
Сегодня память первого директора увековечена в названии института, а те, кто был знаком с Николаем Андреевичем, отзываются о нем с большой теплотой. «Николай Андреевич Чинакал, несмотря на его регалии, был и остался до конца своих дней доступным и душевным наставником, отзывчивость, интеллигентность, порядочность которого не имели границ и всегда находили отклик в сердцах окружавших и знавших его людей», — вспоминал руководитель музея ИГД СО РАН кандидат технических наук Леонид Васильевич Зворыгин.
 
По материалам:
 
1. Окладников А. П. «Наука Сибири в годы Великой Отечественной войны» («Наука в Сибири», 8 мая 1975); 
2. «Инженер, горняк, педагог, ученый. К 110-летию со дня рождения Николая Андреевича Чинакала» («Наука в Сибири», 27 ноября 1998); 
3. «Патриарх академической горной науки в Сибири Николай Андреевич Чинакал» («Наука в Сибири», 25 декабря 2008); 
4. Ибрагимова З. М. «Земное тяготение. Чинакал Николай Андреевич» (1888—1979) // «Созидатели»: очерки о людях, вписавших свое имя в историю Новосибирска. Т. II. Новосибирск, 2003
5. Дерюшев А. В., Гузяева Е. А., Вегнер А. А. «О добыче угля в Кузбассе в годы Великой Отечественной войны»
7. Чинакал Николай Андреевич // Новосибирский краеведческий портал
 
Подготовила Александра Федосеева
 
Фото из архива ИСИ СО РАН
 
Голосов еще нет
Поделись с друзьями: 

Система Orphus