Сегодня - 07.08.2020

«Всё для фронта, всё для победы!»

08 мая 2020

Во время Великой Отечественной войны все силы Сибири, которая находилась в глубоком тылу, — людские, производственные — были брошены на победу. Однако наука здесь не останавливалась. Более того, можно сказать, что именно в этот период, простимулированная потребностями страны, она начала разворачиваться в полную мощь. Мы написали о том, какие исследования велись в некоторых регионах Сибири в 1941—1945 годы.

Томск
 
Материал подготовил Сергей Александрович Некрылов, доктор исторических наук, заведующий кафедрой российской истории факультета исторических и политических наук Томского государственного университета.
 
До Великой Отечественной войны Томск был городом областного подчинения. Его промышленность насчитывала несколько предприятий союзного значения, в том числе электромеханический завод, вооружавший новой техникой Кузбасс и другие угольные бассейны страны. В городе насчитывалось 6 вузов, 19 техникумов и 11 НИИ. Наиболее крупными вузами были Томский государственный университет, Томский индустриальный институт (ТИИ, ныне Томский политехнический университет), Томский медицинский институт (ныне Сибирский государственный медицинский университет), Томский электромеханический институт инженеров железнодорожного транспорта (ТЭМИИТ). На каждого из четырех жителей приходился один учащийся, а на 144 тысячи населения — около 900 профессоров и доцентов. 
 
Война потребовала совершенно новых форм организации научных исследований. Перед учеными была поставлена задача — использовать достижения науки для укрепления обороны страны, готовить специалистов, в которых нуждалась армия, оборонные предприятия и транспорт, госпитали. По инициативе томских исследователей и при поддержке городской партийной организации, спустя несколько дней после начала войны, 27 июня 1941 года, был создан Томский комитет ученых по содействию промышленности, транспорту и сельскому хозяйству в военное время (ТКУ). Это была первая подобного рода общественная организация научных сотрудников в стране. 
 
 
Первоочередной задачей для ТКУ стало укрепление связи между наукой и промышленностью. Нужно было перестраивать работу в вузах, осуществлять научные исследования и разработки по укреплению обороноспособности страны. Учеными выполнялись различные задания промышленных предприятий и организаций не только Томска, но и других городов Сибири, Урала и Казахстана. В числе заказчиков были Управление пути Народного комиссариата путей сообщения, Кузнецкий металлургический комбинат, Уральский медеплавильный завод, геологические учреждения Красноярского края и Кузбасса, Западно-Сибирское геологическое управление, Новосибирское управление гидрометеослужбы и другие. Нередко к ученым напрямую обращались инженеры заводов с просьбами помочь им в разработке или изготовлении приборов. 
 
Активно велась работа по обслуживанию нужд Красной армии. Так, исследователи ТИИ выполнили спецзадание по созданию индикатора отравляющих веществ, который был взят на вооружение Красной армией. На базе того же института было организовано производство боеприпасов и разработан проект ацетонового завода, вскоре построенного. Экспериментальные мастерские Сибирского физико-технического института (СФТИ) при ТГУ изготовляли по заданию Государственного комитета обороны для военных заводов и артиллерийских полигонов специальные приборы: хронографы Буланже, ружейные велосиметры Себера, динамометры для разрядки патронов, верификаторы для проверки хронографов, бомбы Вьеля для изучения порохов, а также радиощупы для отыскивания пуль и осколков гранат в теле человека при операциях.
 
Нужно было сосредоточиться на помощи промышленности, сельскому хозяйству и транспорту. Так, в СФТИ была создана в 1944 г. дефектоскопная тележка модели СФТИ № 13 для выявления дефектов в рельсах, уложенных на железнодорожных путях. Она была легче аналогов и позволяла обнаруживать в рельсах все основные виды аварийных дефектов. В конце декабря 1944 г. эта модель дефектоскопа была принята на вооружение железнодорожного транспорта страны. В ТИИ был разработан метод щитового крепления в угольной промышленности, который радикально изменил технологию добычи угля. 
 
В условиях войны особенно актуальным стал вопрос о получении заменителей дефицитных материалов из местного сырья. Так, например, для некоторых деталей, применяемых в оптической промышленности, удалось заменить алюминиевые сплавы цинковыми. В плане оказания помощи фронту продуктами питания по инициативе ТКУ был организован ряд экспедиций по изучению запасов рыбы в водоемах Сибири. Кроме того, велось активное изучение месторождений полезных ископаемых (особое внимание уделялось торфу и бурому углю). Так, к летнему сезону 1942 г. на Казанском месторождении вблизи Томска был выявлен запас бурых углей около одного миллиона тонн. 
 
В годы Великой Отечественной войны Томск являлся и «главным медицинским центром Сибири», где на базе уже имевшейся солидной научно-практической медицины разместились и эвакуированные ученые. Так, уже на первых заседаниях профессорам университета было поручено договориться с университетом и индустриальным институтом о производстве аммиака для хирургических потребностей и заняться вопросом организации при ТГУ курсов рентгенологов. В первые же недели и месяцы войны коллектив СФТИ осуществил монтаж шести физиотерапевтических отделений и трех рентгеновских кабинетов и частично изготовил электролечебную аппаратуру для всех томских госпиталей. Решался вопрос о лекарственном сырье, которое возможно заготовить в Сибири для нужд Томского фармзавода. Уже за первые полтора месяца было собрано свыше трех тысяч килограммов лекарственных растений в засушенном виде. К 1943 г. заготовленного лекарственного сырья было достаточно, чтобы «решать вопросы по обслуживанию Сибирью всей фармпромышленности СССР». 
 
За научные достижения в годы Великой Отечественной войны лауреатами Сталинской премии стали 14 исследователей из Томска. Работа комитетов ученых в Сибири (остальные были созданы по примеру томского) за годы Великой Отечественной войны не просто «позволила в короткий срок мобилизовать научные силы, направить их деятельность на решение военно-хозяйственных проблем», но и значительно обогатила научный потенциал региона.
 
Сокращенный вариант. Полная версия статьи про науку Томска в годы Великой Отечественной войны будет опубликована в одном из следующих печатных выпусков «Науки в Сибири».
 
Красноярск 
 
Материал подготовила Екатерина Сергеевна Бурчевская, специалист по связям с общественностью группы научных коммуникаций ФИЦ «Красноярский научный центр СО РАН».
 
В Красноярске до войны существовало лишь два высших учебных заведения: лесотехнический институт, открытый в 1930 году, и педагогический, появившийся спустя три года. Когда началась война, большинство преподавателей ушли на фронт. Например, из лесотехнического института в Красную армию вступили 536 человек. Но оставшиеся сумели так организовать учебный процесс, что вузы продолжали готовить специалистов. Кроме того, была перестроена структура научных исследований — приоритетными стали направления, имеющие военное значение. 
 
Уже во время войны в 1942 году на базе эвакуированных Воронежского и Ленинградского стоматологических институтов в Красноярске был основан медицинский институт. Неоценимый вклад в его становление внес талантливый хирург Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий (епископ Лука). С первых же дней Войно-Ясенецкий, находясь в ссылке в поселке Большая Мурта, пришел к руководству районного центра и предложил свои опыт и знания для лечения раненых. Он был назначен ведущим хирургом эвакуационного госпиталя № 1515, где проводил сложнейшие операции и читал лекции студентам. За научные разработки новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений Валентину Феликсовичу была присуждена Сталинская премия, которую он пожертвовал в фонд помощи сиротам Великой Отечественной войны. 
 
Здание пединститута, на физико-математическом факультете которого начинал работать в Красноярске Л. В. Киренский в 1940 году
   Здание пединститута, на физико-математическом факультете которого начинал работать в Красноярске Л. В. Киренский в 1940 году
 
Именно военные годы заложили фундамент для появления в Красноярске академической науки. Ее колыбелью стал педагогический институт. Это произошло благодаря Леониду Васильевичу Киренскому. Молодой кандидат физико-математических наук приехал в пединститут по распределению после окончания аспирантуры в Московском университете в сентябре 1940 года. Оказалось, что он был первым в городе физиком — кандидатом наук. «Всего за полгода он создал небольшой, полный надежд коллектив физиков, пробудил в нем жажду научного творчества, став направляющим ядром его развития. Сразу были установлены контакты с промышленными предприятиями города (…). В двух подвальных комнатках, отведенных для будущей научной лаборатории, постепенно накапливались инструменты и необходимые материалы», — рассказывает Ирина Самсоновна Эдельман, доктор физико-математических наук, профессор, главный научный сотрудник Института физики им. Л. В. Киренского ФИЦ «Красноярский научный центр СО РАН». 
 
В мае 1941 года Леонид Васильевич пишет письмо в отдел науки Центрального комитета ВКП(б), в котором просит оказать содействие в деле организации магнитной лаборатории при Красноярском пединституте, прислать ряд приборов и материалов. Однако Великая Отечественная война внесла свои коррективы. В первые годы войны в армию были призваны более 150 преподавателей и студентов педагогического института, 37 из них пали на полях сражений. Однако занятия в институте не прерывались ни на один день. Во время войны в учебном корпусе находился военный госпиталь. За институтом оставили только подвальные помещения: два из них занимала магнитная лаборатория Киренского, в третьем был стрелковый тир. 
 
В августе в Красноярск начали прибывать первые вагоны с оборудованием эвакуированных предприятий и первые военно-санитарные поезда. На судоремонтный завод, в корпусах которого в 1941 году разместились авиаремонтные мастерские Тульского авиационного завода, выпускавшего запчасти к бомбардировщикам СБ и ДБ-3М, а позднее и «летающие лодки» ЛЛ-143, поступило несколько вагонов металла, в которых была сталь различных марок. Необходимо было срочно ее рассортировать. Обратились в педагогический институт с просьбой оказать помощь в этой работе. В короткое время был изготовлен простой прибор, в основу которого положен известный ранее сортировщик авиационных сталей. Работа на заводе завершилась — сталь пошла в производство, но исследования продолжались. В июне 1942 года был изготовлен более совершенный сортировщик сталей. Месяцем позже Леонид Киренский и Виктор Башуров предложили метод и прибор для сортировки заклепок по двум различным маркам сталей. Новый термоэлектрический сортировщик стали был компактнее, производительнее и давал результаты, полностью совпадающие с данными химического анализа. 
 
Затем военные представители обнаружили на готовых крыльях самолетов заклепки из разных марок алюминиевых сплавов. И вновь главный инженер завода Пётр Смирнов обратился с просьбой к Киренскому оказать срочную помощь. Поручив институтские дела своим коллегам, Киренский вместе с Башуровым приступил к конструированию нужного прибора, в его основе лежала схема уже известного устройства, разработанного во Всероссийском институте авиационных материалов до войны. «Несколько суток работали Киренский и Башуров, не выходя с завода. Поблагодарив физиков за самоотверженную помощь, главный инженер предложил Леониду Васильевичу выписать счет, и был удивлен мизерной суммой, которую указал ученый. Оценив по достоинству проделанную работу и зная, в чем нуждаются работники магнитной лаборатории, дирекция завода выделила нужные приборы и материалы», — рассказывает Ирина Эдельман.
 
Слава о разработках сотрудников магнитной лаборатории дошла и до других заводов страны. В пединститут стали поступать заказы на изготовление приборов от Красноярского комбайнового, Иркутского авиационного и других заводов. За помощь заводам страны в военное время Красноярский пединститут получил денежную поддержку от исполкома Краевого совета на приобретение нужного оборудования для магнитной лаборатории.
 
Все прошедшие войну сотрудники кафедры физики вернулись в лабораторию и продолжили исследования, что в конечном итоге привело к созданию в Красноярске первого академического института, Красноярского государственного университета (ныне — федерального) и, наконец, — Красноярского научного центра.
 
Якутск
 
Материал подготовил Дмитрий Андреевич Апросимов, аспирант Института гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН по специальности «Отечественная история».
 
В годы Великой Отечественной войны, согласно результатам переписи 1942 года, на территории Якутского района проживало 60 227 человек (52 882 человек в самом городе, 7 345 — в Якутском районе ЯАССР). До начала войны в Якутске действовало семь мелких предприятий: Якутская центральная электростанция, кожевенный, кирпичный, пивоваренный заводы, мельница, лесокомбинат, типография. В 1940-е годы начал свою работу стекольный завод и открылись некоторые продовольственные производства.
 
Работники предприятий города за трудовой подвиг и массовый героизм в глубоком тылу неоднократно получали благодарственные письма, подписанные председателем Государственного комитета обороны СССР Иосифом Виссарионовичем Сталиным, были награждены государственными орденами и медалями. Через воздушную трассу Красноярск — Уэлькаль (более известна как «Аляска — Сибирь», Алсиб), штаб которой размещался в Якутске, было доставлено в нашу страну более восьми тысяч американских боевых и транспортных самолетов. Учитывалось то, что в Якутске имелась возможность организовать их ремонт, здесь же находился самый мощный на северо-востоке страны радиоцентр. Кроме перегонки транспортных самолетов и обслуживания нужд трассы «Аляска — Сибирь», перегоночный полк подключался и к выполнению народнохозяйственных работ в регионе. 
 
Всеобуч. Якутск, стадион. 1941 год. фото Ю. Г. Шафера
   Всеобуч. Якутск, стадион. 1941 год. фото Ю. Г. Шафера
 
Гуманитарные научные исследования, которые велись в регионе, во время войны не остановились. Работы Ленской историко-археологической экспедиции Института материальной культуры АН СССР и Института языка и культуры Якутской АССР (ныне Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН) были начаты в 1940 г. с археологических раскопок в районе Олекминск — Якутск. В 1941-м экспедиция работала в районе Качуг — Якутск. В 1942—1943 гг. проводились исследования на Нижней Лене (в районе Якутск — бухта Тикси). В 1944—1946 гг. основные исследования были перенесены на Среднюю Лену, где проводились работы по изучению древних поселений в местностях Ымыяхтаах, Куллаты и в окрестностях города Якутска. Руководство экспедицией осуществлял будущий академик Алексей Павлович Окладников, сочетавший экспедирование с работой в разных учреждениях Якутска. Материалы экспедиции легли на основу первого тома «Истории Якутии» и нескольких книг, посвященных древней истории северо-востока страны. 
 
В январе 1944 года постановлением Совета народных комиссаров ЯАССР Институт языка и культуры реорганизован в Научно-исследовательский институт языка, литературы и истории ЯАССР, что увеличило число научных сотрудников. В том же году коллектив нового института начинает работать над сбором материалов и написанием трехтомного труда «История Якутской АССР с древнейших времен и до наших дней». Корреспондентами и сотрудниками НИИЯЛИ также проводились систематическое изучение и сбор памятников исторического фольклора якутов, эвенков, эвенов и отчасти юкагиров. В этой области была проведена большая полевая экспедиционная работа, охватившая и районы Крайнего Севера. Сотрудники института работали на Вилюе, в низовьях Лены, в долине Индигирки, на Яне и на Колыме, изучая исторический фольклор племен Севера и северных русских старожилов. За летний период 1945—1946 гг. ученые провели семь фольклорных и фольклорно-этнографических локальных экспедиций в различные районы республики, в результате которых было начато фронтальное изучение устного творчества якутов, эвенков и русских старожилов. Также институт изучал проблемы современного якутского языка, якутской диалектологии и лексикографии. Всего за годы войны институт издал 18 книг общим объемом 128 печатных листов, кроме того, было опубликовано 87 статей в газетах и журналах. 
 
В 1941 году появилась Якутская научно-исследовательская станция Института мерзлотоведения им. В. А. Обручева на базе проведенной в 1938 г. экспедиции по изучению грунтов на территории Якутской АССР, инициированной Комитетом по вечной мерзлоте при АН СССР.
 
Большую научную работу проводили преподаватели Якутского педагогического института. Сотрудники кафедры физики с 1936 г. исследовали космические лучи. Их работы привели к тому, что впервые в Советском Союзе в 1938 г. была осуществлена непрерывная регистрация космических лучей автоматическим регистратором — ионизационной камерой низкого давления. 
 
В годы войны повысилось значение исследований по селекции, семеноводству, агротехнике зерновых и овощных культур, картофеля, трав. Работу в этой области вела Якутская селекционная станция. Также усилила свою научную работу Якутская геофизическая обсерватория, которая имела широкую сеть гидрометеорологических станций. Был проведен ряд исследований по климатической и аэрологической характеристике республики.
 
В связи с призывом научных работников в Красную армию и материальными нуждами фронта научная работа в Якутии в первые годы войны несколько сократилась, однако с 1943 г. исследования значительно расширились: возобновилась деятельность ранее временно закрытых научных учреждений, были созданы новые, продолжился рост числа научных кадров.
 
Улан-Удэ
 
Материал подготовила Марина Намжиловна Балдано, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН.
 
Бурятия находилась в глубоком тылу, но улан-удэнцы всё отдавали для победы. На фронт ушел каждый пятый житель Бурятии, погиб — каждый третий из ушедших. Оставшиеся в тылу жили и трудились в тяжелейших условиях. Все крупные заводы и фабрики города были переведены на выпуск военной продукции. Рабочие и служащие предприятий военной промышленности считались мобилизованными. Самовольный уход с работы был дезертирством, и за это грозил тюремный срок от пяти до восьми лет. Но главным для горожан был не страх наказания, главным в их жизни стал лозунг «Всё для фронта, всё для победы!» Не думая о себе, порой не доедая, они собрали десятки миллионов рублей на танковые колонны и самолетные эскадрильи. Для бойцов Красной армии отправляли посылки с подарками. 
 
На предприятиях было развернуто движение рационализаторов и изобретателей в целях экономии средств и увеличения выпуска военной продукции. Так, к началу войны освоивший ремонт истребителей И-16 и бомбардировщиков СБ, Улан-Удэнский авиазавод в 1943 г. перешел к серийному производству истребителей Ла-5. На этих боевых машинах советские летчики сражались в небе Москвы, над Курской дугой, дрались за Севастополь, на Сандромирском плацдарме, в предместьях Берлина.
 
 
Улан-Удэ по праву был назван столицей эвакогоспиталей. В нашем городе действовало четырнадцать таких учреждений, в которых были спасены жизни тысяч солдат. Здесь впервые были сделаны уникальные операции по передовым на то время методикам, разработаны и успешно внедрены новые системы лечения. За годы войны было проведено более 16 тысяч операций. Героически проявило себя и население, всеми силами помогавшее раненым. В то время как одни бессонно трудились у станков, другие заботились о бойцах, помогали работе медицинского персонала.
 
Оказанием практической помощи сельскому хозяйству в повышении урожайности, в увеличении производства хлеба и животноводческой базы занимались ученые ВАСХНИЛ, опытных станций и вузов Улан-Удэ. Не прекращались исследования по изучению проблем развития производительных сил Бурятии сектором экономики Государственного института языка, литературы и истории. Проводилось комплексное изучение минерально-сырьевых ресурсов республики. 
 
Наряду с научной работой велика была роль ученых-гуманитариев в популяризации героического прошлого сибиряков, революционно-патриотических традиций, в мобилизации на самоотверженную борьбу на фронте и трудовую доблесть в тылу. 
 
Бурятские ламы, уцелевшие в годы политических репрессий, ушли добровольцами в Красную армию. Среди них был и Жамбал-Доржи Гомбоев, впоследствии избранный Хамбо-Ламой Центрального духовного управления буддистов СССР. Ламы оказывали помощь потерявшим кормильцев семьям, по просьбам верующих проводили обряды на дому. Хайдуп Галсанов, Лубсан-Нима Дармаев, Чагдур Тасарунов сдали крупные денежные средства в Фонд обороны (90, 34 и 60 тысяч рублей) — это были их собственные сбережения и деньги мирян, пожертвованные за исполнение духовных треб. Сталин объявил им благодарность. С того времени в стране наблюдается некоторое послабление в отношении к религии, а в 1945 г. разрешили открыть буддийский храм в 30 км от Улан-Удэ.
 
Иркутск
 
Подготовили ведущий специалист по связям с общественностью научно-организационного отдела Иркутского научного центра СО РАН Вера Борисовна Велякина и старший преподаватель кафедры истории России Иркутского государственного университета, старший научный сотрудник Музея города Иркутска Александр Валерьевич Ануфриев.
 
Великую Отечественную войну столица Восточной Сибири встретила с хорошими промышленным, образовательным и научным потенциалами. Наука активно развивалась в высших учебных заведениях. На тот момент в городе уже действовало восемь институтов. Война поменяла исследовательские планы вузов — с сентября 1941 года курс научных направлений был направлен на обеспечение потребностей фронта.
 
Ученые-геологи Иркутского госуниверситета работали совместно с Восточно-Сибирским геологическим управлением. Проводились экспедиции по поиску редких металлов, золота и слюды. Для изготовления высокопрочных сталей был крайне необходим молибденит. Его залежи нашли в 1941 году, и в течение года участки ввели в эксплуатацию. Университет сотрудничал с Сибирским трестом нерудных ископаемых Народного комиссариата промышленности строительных материалов. Старшим геологом треста был заведующий кафедрой динамической геологии ИГУ и будущий директор Института геологии Восточно-Сибирского филиала АН СССР (ИЗК СО РАН) Николай Александрович Флоренцов. 
 
Ученые-химики ИГУ изучали жесткость природных вод, это стало важным для железнодорожного транспорта и рыбоводства. Исследования проводили Валентина Александровна Ларина, Анастасия Васильевна Калабина и другие сотрудники Иркутского университета. Было создано несколько небольших заводских установок для добычи первых тонн бензина. Ларина работала над получением сухого спирта, взрывчатых веществ и их производства. В условиях недостатка горюче-смазочных материалов, необходимых фронту, сотрудники химического факультета под ее руководством осваивали процесс получения искусственного жидкого топлива из сапропелей Иркутского бассейна. Калабина и Ларина успешно провели работы по получению горючего для тракторов и нефтяных двигателей и смазочных масел из смолы сосновых деревьев.
 
Еще до войны выпускник ИГУ Михаил Фёдорович Шостаковский, ставший первым директором Иркутского института химии им. А. Е. Фаворского, разработал для советской военной техники низкозамерзающие присадки для моторных масел. В те годы он работал в Московском институте органической химии и создал ранозаживляющий антисептический бальзам Шостаковского.
 
Биологи ИГУ изучали растения, чтобы использовать их в качестве лекарственного сырья. Профессор Владислав Николаевич Яснитский доказал, что мох сфагнум может заменить дефицитную вату, и его стали применять вместо перевязочных материалов.
 
Инновационные достижения науки внедряли сотрудники Иркутского горно-металлургического института (ИРНИТУ): чтобы заменять дефицитные цветные металлы, они разработали биметалл — прочную медь-сталь. Михаил Михайлович Одинцов, будущий директор Института геологии (ИЗК СО РАН) и председатель Президиума Иркутского научного центра, до 1941 года преподавал в ИРНИТУ и педагогическом институте, а во время войны был откомандирован в трест «Сибгеолнеруд». Он занимался поиском и разведкой стратегического сырья. М. М. Одинцов стал одним из создателей иркутской школы геологов, получившей не только всесоюзную, но и международную известность.
 
Михаил Одинцов (справа) в экспедиции в военные годы
   Михаил Одинцов (справа) в экспедиции в военные годы
 
Несмотря на сложное для всех военное время, наука и образование не останавливались. Как и во многих других городах, вузы сокращали обучение до 3—4 лет. Александра Васильевна Серкина, секретарь комсомола Иркутского государственного медицинского института (ИГМУ) в военные годы, вспоминала: «В учебное время питались в столовой, где по карточкам каждому выдавали 600 г хлеба и галушки из ржаной муки. Этого, конечно, не хватало, некоторые студенты болели дистрофией, им в профкоме выдавались дополнительные пайки, состоящие, опять же, из галушек и брусничного напитка. В столовой давали настой хвои. Весной специально выделяли студентов для сбора черемши, которая шла потом в рацион питания в студенческой столовой». 
 
За годы Великой Отечественной войны в Иркутске было подготовлено почти 3 500 высококвалифицированных специалистов, часть из которых отправляли на фронт. Выпускники медицинского института не исключение. Только получив диплом, молодые врачи отправлялись в эвакуационные и полевые госпитали. Пока страна шла к победе, в иркутских госпиталях вылечили больше 100 тысяч раненых.
 
В Иркутском противочумном институте в 1943 году создали живую туляремийную вакцину, которая помогла свести к минимуму заболеваемость туляремией в нашей стране. Действие готовой вакцины Николай Акимович Гайский в первую очередь проверили на себе и коллегах. Его вакцина спасла тысячи советских солдат под Сталинградом. Когда в немецких, венгерских и румынских частях началась эпидемия, привитые советские части имели минимальное количество заболевших.
 
Еще в мирное время в городе были созданы крупные промышленные предприятия. Крупнейшие из них — Иркутский завод тяжелого машиностроения, Иркутская слюдяная фабрика и 125-й завод (Иркутский авиационный завод). Перед началом войны авиазавод получил задание от правительства по производству бомбардировщиков Пе-2. Перед самой войной была закончена сборка, начались летные испытания. В январе 1942 года поступило новое задание: наладить выпуск бомбардировщиков Пе-3, а с августа 1942-го запустить серийное производство дальних бомбардировщиков Ил-4. Это потребовало пересмотра всей  технологии и организации авиапроизводства. С сентября 1943 года завод стал выпускать самолеты особого назначения — Ер-2 и Ер-2 ОН. Они поставили рекорд того времени, долетая без посадки из Иркутска до Москвы. За военное время авиазавод поставил на фронт 2 174  боевых самолетов.
 
Для снабжения фронта были перепрофилированы не только крупные предприятия. Перестройка промышленности прошла за два года. В Иркутске стали изготавливать стрелковое оружие, минометы, гранаты, деревянные части самолетов, инженерное снаряжение. Даже учебные заведения работали ради победы.  В ремесленном училище № 1 для фронта делали огнеметы, детали для минометов «Катюша». 
 
Важной задачей было восстановление работоспособности эвакуированных промышленных предприятий. В начале войны город принял 20 различных эвакуированных производств. Одним из крупнейших эвакуированных предприятий стал Московский авиационный завод № 39. Его основное оборудование в ноябре 1941 года разместили на Иркутском авиационном заводе. Прибывших с эшелонами 1 700 рабочих и их семьи расселили по квартирам в поселке Иркутского авиазавода. Через два месяца Московский авиазавод наладил производство.
 
Война вызвала трудовую и творческую активность трудящихся. Патриотизм города в военные годы проявлялся не только в самоотверженном труде во имя победы, но и в различных формах материальной помощи фронту. Первым по времени возникновения был Фонд обороны. Он состоял из добровольных пожертвований деньгами, драгоценностями, промышленным сырьем и товарами. Кроме денег в Фонд обороны иркутяне отчисляли однодневные заработки, компенсации за неиспользованный отпуск, премии за изобретения.
 
В мобилизации материальных ресурсов огромную роль сыграли рационализаторы и изобретатели. Несмотря на ограниченные силы и средства, продолжалось капитальное строительство.
 
В этом материале перечислена малая часть научных достижений и трудовых подвигов иркутян и работников эвакуированных предприятий. Во время Великой Отечественной войны столица Восточной Сибири была важным промышленным центром страны. Многие предприятия и трудовые коллективы отмечены высокими государственными наградами. 
 
В годы войны в Иркутск, как и в другие города, эвакуировали ученых, в том числе видных геологов из Ленинграда и Москвы, при содействии которых открыли месторождения полезных ископаемых, позволивших по-новому оценить потенциал Восточной Сибири. Вопрос об организации академических подразделений Восточной Сибири вновь стал активно обсуждаться — научные достижения и данные, полученные за годы войны, и накопленный кадровый потенциал позволили иркутским ученым выступить с инициативой создания комплексного академического учреждения — Восточно-Сибирского филиала АН СССР. В 1947 году при поддержке обкома КПСС была проведена научная конференция по изучению производственных сил Иркутской области. Открывшийся в 1949 году Восточно-Сибирский филиал АН СССР стал началом современной истории академической науки региона, объединяя образование, науку и производство.
 
«Наука в Сибири»
 
Фото из архивов региональных научных центров СО РАН
 
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 votes)
Поделись с друзьями: 

Система Orphus