Сегодня - 23.02.2019

Здоровье в холодном климате

24 января 2019

Широко известно понятие «сибирское здоровье». Однако насколько оно правдиво? Ученые утверждают: проживание в условиях холодного климата сказывается на нашем самочувствии не лучшим образом, и это влияние настолько заметно, что требует отдельных медицинских исследований. 

Михаил Воевода«Само создание Сибирского отделения Академии наук СССР было обусловлено, в том числе необходимостью решать задачи, связанные с медицинским обеспечением освоения районов Крайнего Севера, а также востока нашей страны. Традиционно в понятие “Крайний Север” включаются территории, расположенные вблизи полярного круга, но важно понимать, что применительно к России его необходимо существенно расширить. Я считаю, что вся территория Сибири должна так или иначе попадать под этот термин. Неслучайно мы до сих пор имеем районный коэффициент прибавки к зарплате. На мой взгляд, это абсолютно обоснованно», — говорит заместитель директора ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН», руководитель филиала ФИЦ ИЦиГ СО РАН — НИИ терапии и профилактической медицины академик Михаил Иванович Воевода.
 
Нигде на земном шаре не живет такое большое количество людей в настолько суровых погодных условиях, как в восточной части России. Мы являемся частью популяции человечества, проживающей в наиболее экстремальном климате. Это обусловливает особенности механизмов формирования и развития различных заболеваний. Изначально медицинская наука Сибири ориентировалась на эти вопросы. Потом внимание к ним снизилось, и около 30 лет исследователи были лишены возможности проводить серьезные экспедиционные работы. Однако сейчас влияние климата на здоровье, особенно в условиях глобальных изменений природной среды, привлекает внимание всего мирового сообщества.
 
«Буквально несколько месяцев назад в зарубежных СМИ прошла псевдосенсационная информация о том, что холод является важным фактором, увеличивающим уровень смертности от сердечно-сосудистых заболеваний. “Псевдо” — потому, что мы давно это знали. Во всем мире существует градиент с севера на юг по уровню смертности от основных неинфекционных заболеваний — так называемый северный градиент. Плюс к тому, у нас есть “добавочный” градиент, до сих пор не объясненный наукой: частота многих хронических заболеваний увеличивается с запада на восток. Не вызывает сомнения, что климатические особенности нашего региона оказывают существенное влияние на формирование структуры заболеваемости и смертности»,— говорит исследователь.
 
Коренные народы Севера и Сибири демонстрируют лучшую приспособленность к холоду, однако имеют свои специфические генетические заболевания (связанные с длительным проживанием в изолированных замкнутых группах). Однако сегодня самой большой проблемой для них является даже не это, а болезни цивилизации: сахарный диабет, ожирение, атеросклероз.
 
«Мы — ученые, работающие в регионе, являемся свидетелями той эволюции, которую эти народы прошли в отношении указанных заболеваний. Еще в 1970—1980-е годы распространенность таких патологий среди коренного населения была низкая, а сейчас уже — почти как у некоренного населения, — рассказывает Михаил Воевода.— Более того, если мы посмотрим на родственные в генетическом отношении народности, проживающие Америке, то можем прогнозировать — коренные народы Сибири имеют все шансы по этим показателям (сахарному диабету, атеросклерозу) опередить некоренное население. Поэтому можно говорить, что, наряду со специфическими генетическими заболеваниями, они имеют еще и повышенную предрасположенность к болезням цивилизации. И это очень серьезная проблема».
 
По словам директора Института физиологии Коми научного центра Уральского отделения РАН доктора медицинских наук Евгения Рафаиловича Бойко, не все народы Севера адаптированы к суровым климатическим условиям одинаково. Например, ненцы, якуты, эскимосы демонстрируют неплохую приспособленность к холоду. А народы, которые пришли на Север исторически недавно и прожили там не столь длительный период жизни, более предрасположены к сердечно-сосудистым заболеваниям. В то же время коренные этносы Севера и Сибири зачастую испытывают сложности с переходом на европейский рацион питания.
 
 
«У нас произошла катастрофа, связанная с исключением из медицинской статистики информации о национальности. На протяжении 20 лет мы имеем усредненные цифры и обобщенные характеристики для северных регионов, где есть большая доля как коренного, так и некоренного населения. И мы не знаем, какой вклад в эти цифры дает каждое из них, — отмечает Михаил Воевода.— Более того, это настолько искажает реальную ситуацию, что по многим ключевым медицинским показателям (например, смертности), северные регионы оказываются в гораздо лучшем положении, чем в среднем население России». Так, судя по статистике, в Якутии смертность от сердечно-сосудистых заболеваний чуть ли не в два раза ниже, чем в целом по России. Такая же ситуация на Чукотке. Однако это не отражает реального положения дел, поскольку имеет место выраженная особенность демографических процессов: некоренное население работает на Севере, но уезжает оттуда, когда достигает пенсионного возраста (а он там наступает раньше). Поэтому заболевания у людей развиваются уже в других регионах, но вследствие тех же самых причин.
 
Из-за сокращения российских исследований по Северу был упущен ряд приоритетов на мировом уровне. Например, еще советские ученые говорили, что питание на Севере должно отличаться от питания, рекомендованного в других регионах. И буквально несколько лет назад этот подход был реализован на национальном уровне, но не у нас, а в Скандинавских странах. В частности, там было предложено увеличить долю жиров в рационе, то есть сделать ее больше, чем это указано в стандартных мировых системах питания.
 
Сегодня появляются возможности изучать особенности приспособления человека к суровым условиям на молекулярно-генетическом и эпигенетическом уровнях. Исследователи пытаются в рамках больших данных переосмыслить и интегрировать всю физиологическую и биохимическую информацию по вопросам выживания, адаптации и особенностей развития заболеваний у населения Крайнего Севера.
 
«Мы сейчас вышли на изучение генетических механизмов, определяющих индивидуальную чувствительность человека к холоду. Здесь у нас имеется определенный мировой приоритет. Мы — первые, кто начал изучать систему рецепторов, определяющих чувствительность к холоду, и их полиморфизма, — говорит Михаил Воевода. — Люди имеют разные генетические варианты — одни более восприимчивы к холоду, другие менее. Более того, показано, что эти различия в чувствительности определяют разную предрасположенность к некоторым заболеваниям: пневмонии, сердечно-сосудистым и целому ряду других». В качестве мишеней для лекарственного влияния эти рецепторы пока не рассматриваются. Однако ученые не исключают, что в перспективе можно будет пробовать воздействовать на них для решения задач жизнеобеспечения, связанных с экстренными ситуациями. Например, в условиях чрезвычайного охлаждения (чтобы повысить шансы выжить). Дальнейшее углубление этих знаний поможет дать индивидуальные рекомендации по длительности работы в сложных климатических условиях, ее целесообразности, выбору профессии, подходам к лечению.
 
Сотрудники Института физиологии Коми научного центра Уральского отделения РАН изучают, как климатогеографические факторы Севера влияют на функциональную систему организма человека, обмен веществ. Кроме того, ученые исследуют факторы, обеспечивающие высокую физическую работоспособностью в условиях низких температур. В Якутском научном центре комплексных медицинских проблем занимаются изучением атеросклероза, кроме того там создан и запатентован метод лечения обморожений с помощью инъекций вазапростана.
 
Диана Хомякова
 
Фото Юлии Поздняковой (1), с сайта pixabay.com (анонс, 2)
 
Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 votes)
Поделись с друзьями: 
 

comments powered by HyperComments

Система Orphus