Сегодня - 25.09.2017

Биткоин, Лайткоин, Эфир и другие

14 сентября 2017

Криптовалюты — это уже не только высокотехнологичный сетевой бизнес, но и явление мировой экономики. О месте и перспективах биткоина и ему подобных на финансовых и товарных рынках рассуждают доктор экономических наук Владимир Ильич Клисторин и кандидат экономических наук Андрей Владимирович Костин из Института экономики и организации промышленного производства СО РАН.

— Почему майнинг, в отличие от других работ в сетевом пространстве, признан созданием новой стоимости (обеспечением) биткоина?

Владимир Клисторин:

— Судя по имеющейся у меня информации, майнинг — это работа в мощной распределенной сети обработки данных, к которой может подключиться, в принципе, любой человек. В биткоин вкладываются энергетические и информационные ресурсы — это затраты. А за свое участие в системе — обработке, хранении и передаче информации — человек получает компенсацию в виде биткоинов. Никакого обеспечения нет. Есть лишь соотношение затрат и результатов плюс ожидания, построенные на прошлом опыте. Но как любая национальная валюта подкреплена позициями конкретного государства и доверием к нему, так и курс криптовалюты, помимо затрат на майнинг, связан с доверием людей к информационным технологиям.

В чем принципиальные отличия криптовалют от тех денег, которые эмитируют государства в лице центробанков? Во-первых, каждая традиционная денежная единица имеет свой срок жизни, это одна из причин новых эмиссий. Биткоин же, выходя в оборот, никуда не исчезает. Во-вторых, масса очередного выпуска обычных денег ограничена экономическими факторами (иногда — политическими и социальными, привнесенными правительством или парламентом). Эмиссия же криптовалют производится постоянно, но общий объем тех же биткоинов конечен — 21 миллион единиц — поскольку так построен алгоритм. Но та же самая или другая группа майнеров может создать новую криптовалюту и выпускать ее до нового лимита.

Все криптовалюты на сегодня — негосударственные, но в истории примеров таких денег хватает. В США до начала XIX века допускались частные деньги, векселя бытовали в обороте со времен династии Медичи, свои платежные средства выпускали российские сахарозаводчики и другие фабриканты, затем — временные и совсем временные правительства в годы революции и гражданской войны. Любой эмитент получает от такой деятельности доход, называемый сеньоражем. Но государства хотели быть настоящими сеньорами и на протяжении достаточно короткого исторического отрезка монополизировали право выпуска денег. Теперь эта монополия нарушена криптовалютами.

Андрей Костин:

— Люди получают биткоины за то, что поддерживают разработку и ликвидность на рынке этих денег. Является ли это созданием новой стоимости? Косвенно да, но в отношении только самой этой валюты.

Новые криптовалюты уже существуют (Лайткоин, Паскаль, Эфир и другие — прим. ред.), их обобщенно называют Альткоины. Общее количество таких валют сейчас уже более 700, их количество постоянно растет, и они уже занимают более 60 % общего объема рынка. Это порождает дополнительное опасение о будущем криптовалют. Каждый может создать свою, ничем не обеспеченную, криптовалюту и торговать ею — конечно, если есть изначальные возможности и знания по созданию торговой и майнинговой инфраструктуры.

 

— Биткоин считается волатильной единицей. Можно ли назвать рынок криптовалюты особо рисковым по сравнению с традиционными?

Владимир Клисторин:

— Криптовалюта в наши дни — прежде всего предмет биржевой игры, участники которой стараются купить подешевле, дождаться пиковой цены и продать. От нулевой отметки курс биткоина дорос до сегодняшних 4 750 долларов за единицу. Да, риски падения есть (как на любом валютном рынке), но они смягчаются тем, что выпуск каждого нового биткоина обходится дороже предыдущего. И, как я уже отметил, конечное количество таких денежных единиц ограничено. Некоторые люди, в том числе и наши сограждане, уже используют биткоины не только для быстрых биржевых выигрышей, но и как средство накопления, подобно недвижимости и земле.

Однако, налицо и факторы, способные негативно повлиять на курс биткоина. Это вполне представимые попытки государственного вмешательства (весьма характерные для России), возможное падение авторитета биткоина из-за связанных с ним киберпреступлений и применения в криминальных схемах, рывки на рынках «настоящих» валют, а главное — появление новых, не менее массовых, но более энергоэффективных и удобных в обращении криптовалют.

Андрей Костин:

— Судя по тому, как быстро растут цены на все виды криптовалют, эта сфера сейчас выглядит «пузырем». Низколиквидный, молодой и набирающий популярность рынок является местом, где можно как быстро получить огромную прибыть, так и потерять всё. Это привлекает множество спекулянтов, что является одной из причин нынешнего роста популярности криптовалют. И у нас в новосибирском Академгородке есть люди, которые зарабатывают на торговле биткоинами.  Но нужно всегда помнить, что такая торговля — всегда игра с отрицательной суммой. В конце концов выигрывает брокер.

 

Каковы мотивы и причины перехода на расчет в биткоинах игроков «рынка вещей»?

Владимир Клисторин:

— Один из ответов лежит на поверхности: те, например, интернет-магазины, что продают товары за биткоины, вовлечены и в биржевую игру. Второй момент — определенная мода. Сегодня в мире наблюдается рост недоверия к государствам и корпорациям, отстранения от них: антиглобализм, сквоттинг, фриланс, крафт — явления одного корня. Криптовалюты в этом смысле появились очень вовремя: всё, что создается децентрализовано и приватно, вызывает притяжение. И еще один фактор — анонимность транзакций, весьма привлекательная для «черного» и «серого» бизнеса, существующего во всем мире, не исключая благопристойные Финляндию или Швецию.

Андрей Костин:

— Для продавцов реальных товаров и услуг использование биткоинов является попыткой привлечения новых клиентов. Из-за популярности направления и ограниченности возможности реализации биткоинов их прием открывает новые горизонты и имеет существенный эффект. Но это тяготение будет затухать с нарастанием оборота, и, возможно, в будущем более важным эффектом станет нестабильность подобных валют, и рост количества принимающих криптовалюты компаний прекратится.

 

— Способны ли биткоины встроиться в мировую экономику, и если да, то каким образом?

Владимир Клисторин:

— Сейчас доля криптовалют в мировом финансовом обороте очень невелика. Мне попадалась на глаза цифра, эквивалентная 50 миллиардам долларов. Правда, непонятно, за какой период. А дневной оборот всех легальных валютных рынков мира находится в порядке 3 — 4 триллиона долларов. Тем не менее, интеграция тех же биткоинов в экономические цепочки налицо. Отмечу по аналогии, что интернет внедрялся в мировую экономику постепенно и поэтапно, начиная с 1990-х годов.

Андрей Костин:

— На мой взгляд, биткоины являются не долгосрочным инструментом, и в будущем их популярность будет снижаться. Но те эффекты, которые они несут, обширны. Фермы для майнинга можно покупать уже как продукт повсюду, например, на Aliexpress.  И они набирают популярность. Люди любят такое: купить черный ящик, который приносит большую прибыль просто так. Но в итоге это новый стимул к развитию компьютерных технологий в целом и особенно — цифровых комплектующих. Спрос на видеокарты очень сильно вырос, что будет стимулировать производителей на этом рынке. Уже появилось специализированное оборудование для майнинга ASIC.

 

— Есть ли у криптовалюты шансы стать универсальной и общемировой, вытеснить доллар и евро?

Владимир Клисторин:

— Вспомним, что золото прекратило быть межгосударственным платежным средством совсем недавно, во второй половине прошлого века. СССР платил за поставки по ленд-лизу золотыми слитками. Доллар окончательно «отвязался» от золота только в 1970-х годах. Однако обратите внимание, что при обострении международной обстановки этот металл на лондонской бирже дорожает, поскольку рассматривается как защитный актив. Если государство готовится к непредвиденным событиям, оно наращивает золотой запас.

Но золото уже несколько веков как перестало быть универсальной мировой валютой. Впрочем, таковая сегодня представима лишь при наличии мирового правительства — не в конспирологическом понимании, а как единые правила поведения для всех. Однако это огромное упрощение, а наш мир стремится быть всё более и более разнообразным. Как мне кажется, можно прогнозировать лишь некоторое расширение инструментария проведения сделок.

Андрей Костин:

— Шанс есть. Бикоины — это первый опыт. В будущем может появиться такая валюта, но для этого должна произойти смена менталитета и достаточная доработка «внутренности» такой валюты. Ведь когда впервые вместо золота и серебра вводились бумажные деньги, они тоже воспринимались скептически, поскольку сами не имели физической ценности. Сейчас же мы и подумать не можем, чтобы расплатиться в магазине золотой монетой.  Однако биткоинам и им подобным для реального становления как мировой валюты требуется функция обмена. То есть их должны принимать во всех странах и банковских системах, необходим свободный обмен на другие валюты, но для этого неизбежно изменение законодательства.

 

— Если предположить, что криптовалюты все-таки займут свое место в глобальной экономике, то каково оно будет?

Владимир Клисторин:

— Сегодня это место четко очерчено: биткоины используются прежде всего как предмет биржевых операций и средство долговременного накопления. Первое является наиболее прибыльной и при этом очень рисковой сферой деятельности. Очевидно, что набор криптовалют будет множиться. Сегодня ведутся разговоры, например, о валюте с национальной спецификой   («крипторубли») или о «зеленой», произведенной с использованием энергии из возобновляемых источников. Но это в большей степени пиар, нежели экономика.

Андрей Костин:

— Для интеграции биткоинов в мировую экономику следует выполнять ряд требований, чего пока не происходит. То, что операции по криптовалютам не контролируемы, увеличивает спрос на них со стороны игроков криминального бизнеса. Это краткосрочная история — до того момента, пока правительства стран не придумают меры вмешательства. Чтобы подобная валюта была востребована долгосрочно, она должна быть контролируема. Это позволит ей перейти с локального рыночного сегмента в глобальную экономику.

 

— Чем можно объяснить идею Минфина разрешить приобретение биткоинов в России только квалифицированными инвесторами? (даже если опустить вопрос технической осуществимости).

Владимир Клисторин:

— Государства (и Россия здесь не исключение) начинают присматриваться к генерации и обороту криптовалют. В кабмине РФ недавно прошло специальное совещание по этому вопросу. Присматриваются пока что с недоверием: в правительстве и ведомствах опасаются повторения истории с МММ и появления в стране новых групп обманутых граждан, а их и так хватает. Хотя у нас множество людей играет на Форексе и десятках других бирж. Вторая причина осторожной позиции государства — это уже появившаяся в мире практика обращения биткоинов в теневом и даже в криминальном бизнесе и киберпреступлений, связанных с криптовалютой. Тем не менее, она объективно завоевывает всё большую популярность в нашей стране: вплоть до того, что майнеры обращаются в «Газпром» и «Евросибэнерго» за дополнительными мощностями. К тому же технические и юридические возможности контроля выпуска и оборота криптовалют у государственных структур весьма ограничены.  Так что пасту в тюбик обратно уже не затолкать.    

Андрей Костин:

— Идею Минфина можно понять. Криптовалюты не контролируются, сделки по ним являются анонимными, и это хороший инструмент для вывода денег за границу и совершения сделок в теневой, и особенно — в криминальной экономике. Для неё криптовалюты создают новые возможности, и если государство не попытается регулировать этот рынок сейчас, то вполне предсказуем очередной рост доли теневой экономики, особенно на фоне кризисных явлений в нашей стране.

Подготовил Андрей Соболевский

Фото предоставлены Владимиром Клисториным и Андреем Костиным, иллюстрации из открытых источников

Голосов еще нет
Поделись с друзьями: 
 

comments powered by HyperComments

Система Orphus