Сегодня - 06.04.2020

Коррупция как неестественный элемент государства

09 ноября 2012

Юрий ВороновСлово «коррупция» неприятно даже на слух. Одна из первых возникающих ассоциаций – «коррозия». Одинаково начинаются, одинаково заканчиваются – и означают, собственно, схожие вещи: первое легко представить как пятна ржавчины, разъедающей изнутри государственную систему. То, что Россия исторически обладает повышенной коррупционностью, вроде бы, очевидно для всех. Впрочем, если взглянуть на соответствующую карту мира, где разными оттенками одного цвета показана градация явления, можно увидеть: еще не все потеряно. Есть места, где дела обстоят намного хуже – например, страны Африки или Афганистан.

Коррупцию изучают достаточно много, плотно и обширно. Подходы, как нетрудно догадаться, тоже существуют разные. Если, например, принять на веру высказывание Карла Маркса «Государство – собственность бюрократии», то из него вполне логично вытекает следующий вывод: для такой системы взяткоимство и прочие откаты являются вполне естественным элементом.

Вышеозначенную цитату ставит в качестве эпиграфа к своему рассказу о коррупции сотрудник Института экономики и организации промышленного производства СО РАН кандидат экономических наук Юрий Петрович Воронов. Дальше он продолжает: «Есть также мнение, что склонность к обсуждаемому явлению сидит в человеке настолько глубоко, что, уезжая в другую страну, он перестает быть коррупционером».

Единственная лауреат-женщина Нобелевской премии по экономике Элинор Остром, по словам Юрия Воронова, предлагает нечто среднее между организацией государства и психологией отдельно взятого человека. «Она долгое время жила среди первобытных общин, пытаясь найти объяснение: почему коррупция, которой больно современное цивилизованное общество, отсутствует у этих людей. Они живут органично, и им не приходит в голову обманывать друг друга», - рассказывает экономист. Поэтому, по его словам, есть установка: существуют общие блага, которыми должно распоряжаться по некоей договоренности между собой. Так что коррупция в этом плане относится к более широкой категории – категории правил пользования общественным. «Чиновнику доверили это делать. Если он ворует, значит, это является свидетельством: мы в целом не умеем распоряжаться нашими благами. Это Элинор Остром проблема структурная, системная. То есть, дефект коррупции – дефект системы, а не отдельно взятого человека. Отсюда простой вывод: бесполезно бороться с коррупцией как с недостатком отдельного чиновника», - подчеркивает Юрий Воронов.

С другой стороны, Элинор Остром вводит такое понятие как «скайхук». Если говорить о прямом смысле этого слова, то оно обозначает, как нетрудно догадаться, крюк, за который держится альпинист, чтобы не упасть в пропасть. В переносном же значении это стержень, существующий внутри человека. «Нечто невидимое, что позволяет людям вырабатывать те внутренние правила, которым они жестко следуют», - говорит экономист. Другими словами, если твое нутро не позволяет тебе вести себя нечестно по отношению к другим пользователям общественных благ – то коррупционером тебе не стать. Кстати, исследования, которые Элинор Остром в течение нескольких десятков лет вела в полиции штата Индиана, в частности, игры, также демонстрировали некоторую психологическую предрасположенность полисменов к, например, взяткам на дороге.  


«Если существует общество, где люди умеют договариваться и пользоваться общественными благами таким образом, что последние никоим образом не расхищаются на протяжении тысячелетий, то отсюда проистекает следующая мысль: дихотомия противопоставления рыночной и плановой экономики неправильная, потому что кроме нее существует еще несколько вариантов».


Между прочим, нобелевская лауреатка не остановилась на простом сборе эмпирики. Она придумала ряд принципов конструирования нормального, безкоррупционного общества. «Обсуждаемое явление появляется там, где нет четких границ и запретов какой-либо деятельности, так что становится непонятно: что я могу делать, а чего ни в коем случае. Кроме того, нужно выделить тех, кто будет отслеживать соблюдение установленных норм, причем эти субъекты должны быть обособлены от общества. Также должна быть ступенчатая система санкций – то есть, не стоит сразу убивать людей, которые нарушают законы. Конечно же, требуется и согласованность общих правил с местными условиями», - объясняет Юрий Воронов.


«Самый эффективный способ приобрести склонность к коррупции – получить экономическое образование. Это установлено во всем мире: квалификация экономиста, позволяет понимать, как устроена система».


Еще один интересный момент, связанный с «борзыми щенками» уже в целом, а не в области причин возникновения этого явления - экспертиза творчества законодателей на предмет коррупциогенности. Как говорит экономист, есть много исследований, вышедших в русскоязычном секторе науки, и в одном из них говорится: самым «богатым» в этом отношении документом в России являются Правила дорожного движения. «Они сделаны таким образом, что включают в себя массу возможностей брать взятки на дорогах. Такого нет ни в одной полиции мира!» - восклицает ученый.

Далее он объясняет, что можно выделить три группы коррупциогенных факторов. Первая –  системного характера, вторая – связанных с осуществлением полномочий власти и, наконец, третья - правовые пробелы. «Когда нормы права определены неточно, между ними возникают нормативные коллизии, то есть, противоречия, создающие возможность органам управления самим выбирать, какими из них пользоваться», - говорит Юрий Воронов. Также очень существенный фактор для нашей страны - заполнение пробелов в законе: «Он маленький, но за ним идут всячески подзаконные акты». Ну, а наибольшая порождающая сила коррупции, по мнению ученого, это реализация полномочий власти. «Неопределенный срок принятия решений, наличие дублирующих компетенций у разных ветвей власти, порядок или основание принятия решения, использование в документах таких слов как «вправе». Такого оборота нет ни в одной юридической системе мира!» - приводит примеры Юрий Воронов.

Как ни странно, однако, по мнению экономиста, наш могучий и богатый русский язык – тоже фактор коррупции, потому что в нем мало четко определенных терминов. «Вы думаете, что в документе говорится об одном, но на самом деле, имеется в виду совсем другое», - заключает специалист.

Екатерина Пустолякова

Фото: анонс - obozrevatel.com, 1 - Е. Пустолякова, 2 - liberty.ru, 3 - nechtoportal.ru

Голосов еще нет
Поделись с друзьями: 

Система Orphus