Сегодня - 13.12.2019

Сказки как гены

04 августа 2015
 
Как всё живое, фольклорные сюжеты склонны к эволюции — они кочуют от одного народа к другому, видоизменяются, обрастают новыми чертами и подробностями, но почти всегда сохраняют свою основу. Сравнивания тропы их распространения с путями древних миграций человека, можно делать выводы о том, сколько тысячелетий  назад детям на ночь уже читали ту или иную сказку, например «Волка и семерых козлят».
 
На публичных лекциях в Институте цитологии и генетики СО РАН речь, как правило, идёт про биологию и близкие к ней темы. Но иногда учёным интересно попытаться увидеть параллели их области исследований с какими-нибудь далёкими от неё, например, общественными науками. Так, в этот раз сотрудница института филологии СО РАН, кандидат филологических наук Анна Александровна Гриневич рассказала про эволюцию сказочных сюжетов.
 
«Особенность фольклора, — начала исследовательница, — в том, что он синкретичен. То есть, текст в нём существует не автономно, а подкрепляется визуальным изображением, часто сопровождается конкретной мелодией (особенно, если речь идёт об обряде). Мы здесь имеем объёмный образ, складывающийся из нескольких видов искусств. Рассматривая то или иное произведение, нужно учитывать этот культурный фон: верования, мировоззрение народа. Фольклорист почти всегда вторгается в область других наук: антропологии, этнографии, филологии, лингвистики, археологии и даже генетики».
 

В разных «способах выражения» фольклора  действуют одни и те же принципы. Например, для финно-угорского орнамента характерна «ветвистость» — чем больше ответвлений на узорах, тем более сакральным считается изображение. В танце для этих целей используются симметричные движения то в одну, то в другую сторону, по кругу — опять же, для усиления духовного смысла действа надо увеличивать их количество. Музыка так же состоит из повторяющихся мелодий и напевов. 

 

Выделяют обрядовый и необрядовый фольклор. К первому относится календарный (например, колядки, масленичные песни), семейный (колыбельные, свадебные песни, причитания) и окказиональный (заговоры, считалки и тому подобное). 
Важное понятие для этой науки — мотив или типическое место сюжета. По аналогии с лингвистикой, где есть фонема и аллофон (звук и его представление в языке), здесь существую повторяющиеся элементы, как внутри единого текста, так и переходящие из одного в другой. Они называются мотивами или типическими (устойчивыми) местами сюжета. Поскольку фольклор имеет устную природу и всегда производится будто бы заново, исполнитель всякий раз котонизирует эти элементы, соединяя их в целостный текст.  
 
Возьмём, например, хантыйскую обрядовую песню, которая до сих пор исполняется на Медвежьем празднике, являющимся частью культа поклонения этому зверю. Она ведётся от лица убитого животного, где он — будто бы гость на торжестве и рассказывает о своей жизни в лесу. Песня длится около 30 минут и состоит из различных сочетаний определённых выражений, нанизываемых на нить повествования. Для того чтобы исполнить полноценный Медвежий праздник на 3 дня, нужно знать порядка 1,5-2 тысяч таких элементов. 
 
Фольклор устойчив и вариативен одновременно. Последнее происходит, во-первых, на уровне лексики (используется синонимический ряд, происходит инверсия слов, строк, целые блоки текста могут иметь жёсткую последовательность формы). Во-вторых — за счёт сокращения или расширения словосочетаний. Рассказчик чувствует себя плохо или хорошо и в соответствии с этим импровизирует, укорачивая повествование или снабжая его новыми подробностями. Грамматическая и синтаксическая структура текста обычно тоже типичны. 
 
Также как  аминокислоты, сочетаясь друг с другом, выстраивают единый организм, устойчивые элементы в совокупности создают произведение. Каждый из них в отдельности можно рассмотреть как некоторое целое, как образ. Собранные и систематизированные, они называются фольклорным алфавитом.
 
 
Поскольку устойчивые места не составляют целостного повествования, они не только существуют в разных текстах в рамках одной традиции, но и переходят в другие. К таким элементам, которые мигрируют и распространяются по всему миру, относятся мотивы — повторяющиеся образы, сюжетные эпизоды или некоторые их сочетания, встречающиеся в двух или более текстах. 
 

Кумулятивная сказка характеризуется повторами, которые ритмизуют речь. К ней относятся, например, «Колобок» («Я от дедушки ушёл, от бабушки ушёл, от зайки ушёл»), «Репка» («дедка за репку, бабка за дедку, внучка за бабку»), «Дом, который построил Джек» (английский фольклор). Такие сказки есть у всех народов. Обычно их читают детям на ночь, чтобы они лучше засыпали.    
  
 
Изучением распространения мотивов во всём  мире занимается сравнительная фольклористика. Например, для систематизации устойчивых сюжетных элементов учёные составляют указатели, самый первый из которых был издан в 1910 году финским учёным, получившим образование в Санкт-Петербурге, Антти Аарне.  Затем он был дополнен американским исследователем Ститом Томпсоном (1965) и немецким учёным Хансом-Йоргом Утером (2004). Сегодня эта книга состоит из 4-х томов и является международным индексом сюжетов. Составляются также более локальные издания. Например, в 2005 году вышел «Указатель типических мест героического эпоса народов Сибири». 
 
Российский учёный Юрий Евгеньевич Берёзкин берёт все доступные издания таких текстов, выделяет в них повторяющиеся устойчивые микросюжеты и наносит на карту. По сути, он рассматривает фольклор как объект эволюции. Его работы наглядно показывают, что распространение мотивов пересекает и языковые границы, и культурные. Здесь, в основном, действует географический принцип: где этносы контактируют друг с другом, там и происходит передача. Так, если взять общества, находящиеся на одном уровне развития, но отдалённые друг от друга физически, у них может быть совершенно разный фольклор, но у народов, живущих по соседству, он будет во многом совпадать. Более того, если внимательно посмотреть на карту, можно увидеть, что картина распространения фабульных элементов часто совпадает с древними путями миграции человека. 
 
 
Возьмём, к примеру, сказку «Волк и семеро козлят». Краткое описание мотива: каждый раз, когда персонаж возвращается домой, он или она песенкой или каким либо другим образом подаёт сигнал своему оставшемуся родственнику, обычно ребенку, или другу. Тот впускает его. Антагонист выдаёт себя за ушедшего, копируя «пароль». В разных традициях на месте героя и злодея могут быть разные существа: коза и волк, человек и людоед, заяц и медведь и так далее. Как распространён по миру этот сюжет? Очень густо в Африке, в Европе, в Меланезии, но практически не зафиксирован ни в Северной, ни в Южной Америке, крайне редко встречается в Сибири. «Если мы посмотрим на карту ранних миграций, то увидим, что человек вышел из Африки около 70 тысяч лет назад, двинулся через Аравию, Баб-эль-Мандебский пролив вдоль побережья океана и достиг Австралии около 50 тысяч лет назад. Сравнивая эту информацию с картой распространения мотива типа «Волк и семеро козлят», можно предположить, что он относится к древнейшему фольклорному пласту человечества. То есть, такие тексты могли рассказываться даже 70 тысяч лет назад, — комментирует Анна Гриневич.
 
На воспроизведение фольклорных форм действуют те же принципы, как и на другие самокопирующиеся объекты — оно сопряжено со случайными ошибками. Набирающие наибольшее количество копий вытесняют все остальные. Лучшие шансы имеют те из них, которые запоминаются быстро и точно: чем более лаконично, красочно и ярко рассказан сюжет, чем он интересней, тем больше у него возможностей сохраниться и распространиться. Этот процесс зависит ещё и от густонаселённости территории: там, где плотность большая, передаются целые развёрнутые истории, маленькая — лишь отдельные устойчивые элементы. Так в Южной Америке царят микромотивы, а в Европе — целые сказочные сюжеты. Здесь снова прослеживается связь с генетикой: короткие фрагменты ДНК лучше реплицируются.
 
Фольклорные персонажи и сюжеты настолько крепко вплетены в нашу жизнь, что очень часто мы даже не отдаём себе в этом отчёта. Они присутствуют даже в Ветхом Завете (что интересно, в Новом их нет) — например змея, которая тем или иным образом в разных культурах приносит смерть. Возникают и реплицируются разнообразные современные формы, носителями которых являемся мы сами: анекдоты, интернет-мемы и тому подобное. Есть даже абсолютно детский фольклор — к нему относятся всяческие страшилки (чёрная рука, жёлтое пятно), которые переходят от ребёнка к ребёнку. 
 
Возможно, когда-нибудь предметом изучения фольклористов будут истории, кочующие по разнообразным форумам и соцсетям, хотя опытный филолог разглядит, что даже за самой современной оболочкой часто скрываются одни и те же архетипы — вечные герои, сюжеты и мотивы, те самые, которые передавали друг другу наши предки
 
Диана Хомякова
 
Фото: (1) — Illustration by Karl Fahringer (1874-1952), ru.wikipedia.org,(2,3) — из презентации Анны Гриневич
 
Ваша оценка: Нет Средняя: 4 (4 votes)
Поделись с друзьями: 
 

comments powered by HyperComments

Система Orphus