Развилка-42

 

Андрей СоболевскийСовсем уже скоро мы отметим  двухсотлетие Бородинской битвы, неслучайно совпавшее с Годом Российской истории. Всё громче становится хор авторов, провозглашающих 1812-й год  переломным во всей судьбе нашей страны: впрочем, это ещё Андрей Вознесенский в «Юноне и Авось» провозгласил:

«Бьет двенадцать годов как часов,
Над моей терпеливою нацией,
Есть апостольское число,
Для России оно двенадцать».

Рискну иначе взглянуть на изломы истории. Геополитической перспективе Наполеона и его империи преградил путь не Кутузов, а офицерский шарф. Каковым  в марте 1801-го был удушен последний коронованный романтик, мечтавший об омовении  сапог в Индийском океане на брудершафт с гусарами маршала Мюрата. Шансы Бонапарта стали падать  именно в тот день, когда Россия из союзника стала превращаться в главного противника, и, по большому счёту, кампания 1812-го года была заведомо провальной авантюрой с легко вычисляемыми последствиями.

Но не 200, а 70 лет назад (тоже юбилей, кому они так нравятся) происходили события, от исхода которых на самом деле зависели судьбы и нашей страны, и всей человеческой цивилизации. Цитируя другого стихотворца, «А мир висел на волоске, горел уже фитиль». Именно в этот год течение Второй Мировой развернулось от глобального блицкрига стран Оси к перспективе успеха Объединенных Наций (кстати, термин впервые был официально использован 1 января 1942 г.). Сегодня мы смотрим на эту войну через призму Победы, которую пишем с большой буквы и считаем исторически предначертанным итогом.  И  с высоты прошедших лет много написано о несоизмеримости потенциалов сторон мирового конфликта, о несостоятельности германо-итало-японских концепций нового миропорядка и тому подобном.

Но до поздней осени 1942 года всё это было как-то неактуально.
 
Остановленный было под Москвой, вермахт нанёс ряд сокрушительных поражений Красной Армии и вышел  к Волге, Калмыкии, Большому Кавказскому хребту. Германская дипломатия соблазняет Турцию вступить в войну и сомкнуть фронты. Весь Восток тоже вот-вот окажется под контролем Оси:  немцы и итальянцы рвутся к Суэцкому каналу, из последних сил держится британская Мальта… Потенциал «арсенала демократии» не задействован: США, едва вступив в войну, терпит одну неудачу за другой. Японцы наступают со скоростью, которой позавидовали бы и Паулюс, и Роммель. 2 января самураи в Маниле, 15 февраля – уже в Сингапуре! Угроза Австралии и Индии реальна, авианосцы адмирала Нагумо атакуют Цейлон…  И лишь конец года даёт ощущение света в конце тоннеля: победы под Сталинградом и Эль-Аламейном останавливают распространение враждебных сил. Но не более того. К тому же в Германии, например, запускается в серию крылатая ракета ФАУ-1 и успешно испытывается баллистическая ФАУ-2. Так что и о технологическом, и о стратегическом, и о любом другом перевесе союзников  говорить было преждевременно.
 
Сегодня многие увлечены так называемой «альтернативной историей». Это что-то среднее между интеллектуальной игрой по правилам и писательством в жанре исторического фэнтези. Начало увлекательному занятию положил британский историк Арнольд Тойнби в  эссе «Если бы Александр не умер тогда» (к немалому моему удивлению, опубликованному в журнале «Знание-Сила» в 1979 году). На поляне альт-истории отметился и  Василий Аксёнов с утопией «Остров Крым». Основой любого альт-сюжета  служит так называемая «развилка» - переломный момент истории, когда существовала вероятность иного, чем в реальности, развития событий.  У Тойнби Александр не умирает в Вавилоне от малярии в 323-м году до нашей эры, у Аксёнова в 1920-м красным не удаётся перейти Сиваш. Мне доводилось читать также про последствия «русской победы при Цусиме» и, кстати, «провалившегося покушения на Павла I»  в 1801-м. Но при всей свободе исторического фантазирования мало кто берется за альтернативные версии Второй Мировой – слишком уж близко и страшно.
Кадр из фильма "Железное небо"
На память приходит только  роман Роберта Харриса «Фатерланд», вышедший в  1992 г. Действие происходит в  Германии в 1964-м, накануне визита президента США Джона Кеннеди к 75-летнему рейхсканцлеру Адольфу Гитлеру. От СССР осталась смутная таёжная география  к востоку от Урала, где дивизии СС подавляют очаги партизанского сопротивления. Если такую реальность представить состоявшейся и экстраполировать в 21-й век, то  я бы не написал, а вы бы не прочитали этого текста – прежде всего, по причине физического отсутствия меня и вас.

Другие люди писали бы другие тексты для других людей.  Но вряд ли - про гипотетические последствия победы кровавых большевиков и англосаксонских плутократов. Уверен, что подобное свободомыслие было бы категорически запрещено.

В том числе и в Reichsnetz Internet. Ибо в том же  1942-м году был запущен первый компьютер.

Андрей Соболевский