На Х Международном форуме технологического развития «Технопром» прошел симпозиум «Наука и инновации как движущие силы экономики России и регионов».
Модератор встречи директор исследовательского фонда «Тренды» доктор философских наук Владимир Иванович Супрун предложил определиться с классификацией. Науку он делит на четыре направления. Первые два ― традиционные, фундаментальная и прикладная. Третий тип ― R&D или, по словам ведущего, «то, чем занимались в советских отраслевых НИИ». Особым направлением он назвал «просветительскую науку»: не образование, но обращение к обществу с некоторыми смыслами. Что касается инноваций, то их, по мнению Владимира Супруна, отличает создание ранее не существовавшего и быстро внедряемого в практику. При этом, по его мнению, движущая сила инноваций ― не молодежные, а зрелые стартапы, основанные профессионалами 35―40 лет.
Директор Института ядерной физики им. Г. И. Будкера СО РАН академик Павел Владимирович Логачёв сосредоточился на стимулах к научной и инновационной деятельности. «Создавать то, чего раньше не было ― самый сложный предмет деятельности, который только есть у человека, ― считает ученый. ― Чтобы этим заниматься, требуется сильная мотивация». Поскольку речь идет о коллективном труде, то мотивация становится социальным фактором. Она может носить и негативный характер, то есть включаться в условиях угрозы существования всего социума. «В борьбе за выживание социальный организм мобилизует все свои ресурсы, считая интеллектуальные, ― сказал Павел Логачёв. ― Именно так были реализованы советские атомный и ракетно-космический проекты. Сегодня мы переживаем близкую ситуацию». Академик подчеркнул, что в научной деятельности на благо государства и общества целеполагание должно быть не внутригрупповым, а внешним, направленным на решение задач, важных не для конкретного коллектива, а всего социума.
(слева направо) Дмитрий Маркович, Искандер Тайманов, Алексей Кочетов
О цикличности российской истории говорил первый заместитель председателя СО РАН и директор Института теплофизики им. С. С. Кутателадзе СО РАН академик Дмитрий Маркович Маркович. Соответственно, социальный и научный прогресс он также представил волнообразным, хотя «Россия от Петра I и далее ― сверхцентрализованное государство. Для развития инноваций и технологий ― не лучшая модель». «При этом СССР частично решил проблему разрыва между стадиями исследований и внедрения созданием цепочки из академических институтов, отраслевых НИИ, а также системы управления крупными проектами», ― считает Дмитрий Маркович. Он также отметил важность «дисциплины, основанной на памяти поколений». Говоря о современном состоянии отечественной науки, ученый констатировал троекратное уменьшение численности исследователей по сравнению с 1990 годом и 39-е место в мире по их доле среди всего занятого населения. При вполне конкурентоспособной численности публикаций российские ученые по понятным причинам уступают зарубежным коллегам в цитировании и год за годом подают почти одно и то же количество патентных заявок, тогда как в Китае за последние два десятилетие патентование выросло в 30 раз. «Конкурентоспособность экономики напрямую зависит от скорости генерации и введения в оборот новых знаний, ― резюмировал заместитель главы СО РАН. ― Они должны быть востребованы, а не внедряться вопреки».
Директор АНО «Научный центр физики и математики» кандидат физико-математических наук Алексей Владимирович Васильев анализировал изменения в ландшафте «знаниевых территорий» России. Во второй половине ХХ века в стране под разные задачи было создано несколько десятков наукоградов (в современной терминологии), атомградов, академгородков и других подобных образований. В течение полувека в их отношении поменялась функция государства: от квалифицированного заказчика к регулятору. После реформы РАН и вывода академических институтов из ее подведомства произошла, по словам спикера, «децентрализация компетенций», параллельно с этим окрепла корпоративная наука, «становящаяся сегодня почти самодостаточной». «Ярко проявилась утилитарность бизнеса, который любит готовые решения и продукты», ― подчеркнул Алексей Васильев. Есть ли в таких условиях будущее у «знаниевых городов»? Директор НЦФМ считает, что никакие удаленные коммуникации не заменят территориальной близости людей, занятых наукой и инновациями. Он отметил ряд факторов, способствующих «второму дыханию» таких центров: мультидисциплинарность, наличие университета с высокой репутацией (примером был назван НГУ), адаптивность, открытость (в том числе к внешней экспертизе), современную инфраструктуру. На вопрос о таком факторе, как субъектность наукоемких территорий, А. Васильев ответил: «Здесь нет единого рецепта. Есть истории успеха и неуспеха у центров с разной степенью административной автономии».
Главный научный сотрудник Института математики им. С. Л. Соболева СО РАН академик Искандер Асанович Тайманов рассказал об академических корнях искусственного интеллекта и его связях с классической математикой. Еще в 1960-х годах в НГУ было открыто отделение структурной лингвистики для продвижения к эффективному машинному переводу. Это было одним из первых шагов на пути к статистическому обучению генеративных нейросетей. «Обучение нейросетей основано на решении большого количества сложных уравнений, ― пояснил математик. ― Именно для решения таких задач нам и нужен суперкомпьютер». «Я не думаю, что академические институты будут в этом активно участвовать, ― раскрыл это нам Искандер Тайманов. ― Тут нужно много молодых программистов, мощные компьютеры ― скорее, это задача для университетов».
Заместитель председателя СО РАН академик Николай Петрович Похиленко остановился на проблеме, с его слов, деградации государственной геологоразведки: «В Якутии, которую я считаю своей второй родиной, в конце советской эпохи в этой сфере на территории, равной по площади всей Европе, работало около 44 000 специалистов. Сегодня таковых осталось 650, из которых не более 250 способно выходить на полевые изыскания… В результате так называемые поисковые заделы, привлекательные для инвесторов, разобрали за последние тридцать лет». При этом ученый привел прогнозы, согласно которым в ближайшие годы кратно вырастут потребности в ископаемых, в том числе якутских недр: никеле, литии, ниобии, платине, кобальте, редких и редкоземельных металлах. Последние, как сообщил Николай Похиленко, присутствуют в 14 из 27 критических технологий, включая выпуск вооружений. Руды Томторского месторождения на севере Якутии содержат рекордные концентрации ниобия и редкоземельных металлов: соответственно, 76 и 125 килограммов на тонну руды. Другим стратегически важным ресурсом ученый назвал импактные алмазы Попигайской астроблемы ― материал с уникальными абразивными и режущими свойствами. «На севере Якутии есть признаки новых богатых коренных месторождений обычных алмазов», ― дополнил академик. Необходимым условием восстановления ресурсонезависимости России в целом он назвал восстановление государственной системы планирования стратегических геологических исследований с активным привлечением академических институтов для наращивания банка поисковых заделов.
Ряд выступавших рассматривали проблематику сопряжения науки и инноваций с позиции руководителей исследовательских коллективов. «Фундаментальная наука требует свободы творчества, а инновации ― полной упорядоченности», ― сказал директор ФИЦ «Институт цитологии и генетики СО РАН» академик Алексей Владимирович Кочетов, показав возможности снятия этого противоречия в стенах одного института. В SPF-виварии ФИЦ ИЦиГ СО РАН идут, с одной стороны, серьезные работы во выведению специфичных линий лабораторных животных, с другой стороны ― испытания на них новых лекарственных препаратов. Алексей Кочетов рассказал о решении проблемы, вставшей в начале пандемии коронавирусной инфекции ― грызуны ей не подвержены. Группа молодых ученых ИЦиГ выступила с инициативой «заставить мышей болеть ковидом», для чего при почти ничтожных затратах методами генного конструирования задача была выполнена, и сегодня создаваемые антиковидные лекарства тестируются на новой линии мышей. Академик А. Кочетов призвал к рациональному пониманию генной инженерии: «Игра должна идти по прозрачным и понятным правилам. Если в природе или в культуре встречаются организмы, полностью аналогичные генетически модифицированным, происхождение не должно приниматься в расчет».
Директор Института автоматики и электрометрии СО РАН член-корреспондент РАН Сергей Алексеевич Бабин рассказал о форматах организации инновационной деятельности: «Есть разница менталитетов. Исследования ― это уникально, сложно, дорого. Промышленность ― просто, дешево, масштабируемо. Мы научились преодолевать этот разрыв через проекты полного цикла». Первый путь ― стартапы, которые вырастают в известные компании, такие как «СофтЛаб» и «Торнадо». «При этом рано или поздно носители компетенций уходят на сторону», ― констатировал Сергей Бабин. Второй формат ― работа по заказам индустриальных партнеров в рамках целевых консорциумов, для чего в ИАиЭ СО РАН организован инженерно-технический центр, занятый конструкторскими работами. Большие надежды С. Бабин возлагает и на будущий Центр оптических информационных технологий и прикладной фотоники в статусе флагманского проекта программы «Академгородок 2.0».
«Взглядом из НИИ» также поделился заместитель директора Института физики полупроводников им. А. В. Ржанова СО РАН доктор физико-математических наук Александр Германович Милёхин. Здесь тоже сделана ставка на прямые контакты с индустриальными партнерами, запросов от которых после начала антироссийских санкций стало поступать всё больше и больше. «Но и у нас есть свои потребности, ― подчеркнул спикер, ― например, переоснащения аналитического оборудования и технологических линий». В общем плане он считает необходимым разработку действенных механизмов по преобразованию государственных приоритетов и программ в заказы на разработку конкретных технологий и продукции.
«Наука в Сибири»
Фото Андрея Соболевского