Как ни странно, космонавтика — область, где царят самые сложные и новейшие технологии, — является также сферой, связанной с множеством строгих традиций и даже суеверий. Каждый, кто отправляется в космос, обязан выполнить массу ритуалов — считается, что если этого не сделать, миссия может обернуться катастрофой. Накануне 65-летия первого полета человека в космос мы поговорили об этих традициях с членом Федерации космонавтики России сотрудником Большого новосибирского планетария им. Анны Кикиной, старшим научным сотрудником Института ядерной физики им. Г. И. Будкера СО РАН кандидатом физико-математических наук Петром Анатольевичем Лукиным.
«Им бы понедельники взять и отменить»
Начало космическим суевериям положил знаменитый главный конструктор академик Сергей Павлович Королёв. Достоверно известно, что он не любил старты по понедельникам и всегда переносил дату, если она падала на понедельник. По каким именно причинам — до сих пор большая загадка. Тем не менее свою точку зрения Королёв отстаивал на самом верху, из-за этого даже разгорались нешуточные конфликты. «Первые три года космической эры в Советском Союзе корабли по понедельникам не летали, — рассказывает Пётр Лукин. — Затем, после смерти Королёва, запуски по понедельникам возобновились, и так получилось, что за довольно короткий период произошло 11 аварий, пришедшихся как раз на этот день недели. С 1965 года понедельник в советской, а теперь и в российской космонавтике чуть ли не официальный нестартовый день».
24 октября также считается на Байконуре несчастливым днем. Дважды в этот день происходили страшные трагедии. В 1960 году из-за взрыва ракеты Р-16 на космодроме погибли 72 человека. В 1963 году произошел пожар в шахте, где находилась боевая ракета Р-9, погибло семь человек. Поэтому 24 октября вся деятельность полностью останавливается — в этот день не только не назначают запуски, но и вообще не проводят на стартовых площадках никаких серьезных работ.
Предстартовые ритуалы
Подготовка к старту в космос включает множество обязательных ритуалов. Так, после второй примерки скафандров космонавты всегда приходят в музей Байконура. Происходит это обычно за четыре-пять дней до запуска корабля. Пилоты традиционно осматривают советский корабль «Буран», рабочий кабинет конструктора Сергея Королёва и идут в домик, где перед полетом ночевали Юрий Гагарин и Герман Титов. Также космический экипаж обязательно возлагает цветы к мемориалу Юрия Алексеевича и космонавтов, погибших во время полетов: Владимира Комарова, Виктора Пацаева, Владислава Волкова и Георгия Добровольского. Цветы всегда одинаковые — красные гвоздики.
Накануне полета экипаж традиционно заселяется в гостиницу «Космонавт», перед которой находится длинная аллея из деревьев, высаженных благополучно приземлившимися космонавтами. Здесь принято гулять и подпитываться энергетикой удачливых предшественников.
Космонавты никогда не дают автографов до первого полета. Некоторые принципиально избегают ставить автографы черными чернилами. Однако весь экипаж обязательно расписывается на бутылке водки, которую выпивают уже на земле, в казахской степи, после удачного спуска. С удовольствием оставляют космонавты автографы и на двери гостиничного номера, где проводят ночь перед стартом. Закрашивать или смывать эти автографы категорически запрещено.
«Подобно тому, как жениху нельзя видеть невесту в свадебном платье до свадьбы, экипаж ни в коем случае не должен видеть ракету, на которой полетит в космос, до самого старта, — рассказывает Пётр Лукин. — Ракету выкатывают на стартовый стол за двое суток до полета, при этом техникам, следящим за этим процессом, вменяется в обязанность подложить на рельсы монетки — для удачного полета. А вот экипажу в это время нельзя быть поблизости: считается, если космонавт увидит, как поезд вывозит ракету, — быть беде».
Песня «Трава у дома» — официальный гимн советской, а теперь и российской космонавтики. Эта мелодия звучит на Байконуре, когда экипаж провожают на стартовую площадку. На космодроме это уже традиция.
«Перед посадкой космонавта в космический корабль руководитель полета должен придать ему ускорение, наградив легким дружеским пинком, — рассказывает П. Лукин. — Разумеется, наши космонавты знают о традиции, а вот для астронавтов, которые отправляются в полет на наших “Союзах”, это является, мягко говоря, большим сюрпризом».
Женский вопрос
Известно, что Сергей Павлович Королёв был против того, чтобы в космос летали женщины. «Возможно, на его мнение повлияла традиция, пришедшая из мореплавания: считалось, что женщина на морском корабле — к несчастью, — поясняет Пётр Лукин. — Однако накануне Всемирного конгресса женщин, прошедшего в Москве в июне 1963 года, правительство всё же принимает решение отправить в космос женщину — так Валентина Терешкова стала первой женщиной в космосе и единственной, совершившей одиночный космический полет. Правда, ее полет прошел не очень гладко, поэтому С. П. Королёв сказал, что больше женщин в космосе не будет никогда, и в следующий раз женщина полетела в космос лишь в 1984-м. В том же году в космос отправилась и первая астронавтка».
Еще один любопытный ритуал, связанный с женщинами, возник на севере России, в Архангельской области, где расположен космодром Плесецк, с которого запускают ракеты в космос по заданию Министерства обороны. «Однажды один офицер, сотрудник космодрома, перед запуском ракеты написал на ней имя своей любимой девушки: Таня, — рассказывает П. Лукин. — Когда это обнаружили, разразился страшный скандал и офицера наказали, но в следующий раз на ракете ничего не было написано, а она взорвалась на старте. С тех пор Таня стало самым космическим именем — его из суеверных соображений пишут на ракетах в Плесецке перед каждым стартом».
В космос под защитой товарища Сухова
В ночь перед стартом экипаж, улетающий в космос, смотрит фильм «Белое солнце пустыни». Эта традиция пошла после трагической гибели экипажа «Союза-11» в 1971 году из-за разгерметизации кабины на высоте 150 километров. «Всех потрясла эта трагедия. После нее не было запусков в течение двух лет, — объясняет Пётр Лукин. — В 1973-м всё-таки назначили полет, но обстановка перед стартом по понятным причинам была нервной. Начальником отряда космонавтов в то время был Алексей Архипович Леонов. Он хотел как-то приободрить членов экипажа корабля “Союз-12” и решил в рамках психологической помощи показать Василию Лазареву и Олегу Макарову, которым предстояло лететь, тогдашнюю киноновинку — “Белое солнце пустыни”».
Когда команда благополучно вернулась на Землю, космонавты шутили: исход экспедиции был предопределен — с ними был третий член экипажа, товарищ Сухов, который помогал в трудные моменты. С тех пор смотреть «Белое солнце пустыни» стало традицией у наших космонавтов, а товарищ Сухов превратился в негласного ангела-хранителя.
Этот фильм переведен уже на 18 языков, поскольку на «Союзах» в космос летали не только наши соотечественники, и говорят, что одно время космонавты даже сдавали экзамен по этому фильму. Например, их просили перечислить имена всех девяти жен Абдуллы. Сам актер Анатолий Кузнецов, сыгравший красноармейца Сухова, во время визита в Звездный городок сбился то ли на третьем, то ли на четвертом имени.
«Есть у этой традиции еще и вполне прикладное значение: фильм в некотором роде стал наглядным пособием по обучению космонавтов видеосъемке, — поясняет П. Лукин. — Это было необходимо для оттачивания навыков документирования полетов и объектов на орбите».
Самая забавная и самая трогательная традиция
У космонавтов принято помочиться на колесо автобуса, везущего их на стартовую площадку. После этого скафандр им наглухо застегивают, и следующая возможность облегчиться представится только спустя несколько часов уже в космосе. «Ритуал, по одной версии, пошел со времен Юрия Гагарина и поддерживается до сих пор, — рассказывает Пётр Лукин. — Другие считают родоначальником этой традиции Сергея Королёва, который обязательно орошал ракету перед запуском. Примечательно, что это действие неукоснительно выполняется всеми членами экипажа, в том числе и женщинами, которые заранее берут с собой небольшую бутылочку, а потом выливают ее содержимое на колесо автобуса».
Членам экипажа разрешается брать с собой в полет около килограмма личных вещей. Когда команда оказывается на местах в командном отсеке, космонавты привязывают к панели управления игрушку-талисман — чаще всего подаренную их детьми. «Помимо того, что эти подарки являются трогательным и важным напоминанием о том, что дома пилотов очень-очень ждут, талисманы служат также индикатором так называемого порога невесомости, — объясняет П. Лукин. — Когда игрушка начинает парить в воздухе, инженеры в Центре управления полетами понимают, что запуск прошел успешно — корабль на орбите».
Приметы астронавтов
У американских астронавтов и работников американского Центра управления полетами тоже есть свои ритуалы. Например, завтракать в утро перед стартом нужно яичницей с беконом: именно таким был завтрак Алана Шепарда — первого американского астронавта, совершившего суборбитальный полет 5 мая 1961 года.
Те же, кто остается на Земле, ожидая благополучного возвращения экипажа, день старта начинают с тушеных бобов. Начало этой традиции положил руководитель полета миссии STS-1 12 апреля 1981 года при первом запуске космического челнока «Колумбия». В тот день в Центр управления полетами в Хьюстоне принесли кастрюльку с тушеными бобами, чтобы покормить оголодавших сотрудников, буквально ночевавших на рабочем месте. Это блюдо прочно вошло в обычай, не прерывавшийся на протяжении всех 135 полетов шаттлов, но к концу программы кастрюлька превратилась в дюжину больших электроварок и множество подносов с тушеными бобами и кукурузным хлебом.
«Еще командир американского экипажа накануне старта должен сыграть в карты со всем остальным экипажем, причем играть будут до тех пор, пока командир не проиграет, — объясняет Пётр Лукин. — Этот проигрыш будет означать, что всё плохое осталось позади и предстоящий полет пройдет успешно, в штатном режиме».
Новичкам в команде, управляющей полетом в Космическом центре им. Джона Ф. Кеннеди, в день успешного старта отрезают галстуки. «Эта традиция берет корни из авиации, где подобным образом поступают со всеми летчиками, совершившими первый полет», — отмечает П. Лукин.
Освоение космоса ценой жизни
Несмотря на то, что многие космические традиции кажутся веселыми и смешными, профессия космонавта (астронавта) очень серьезная и одна из самых опасных.
Так, при тренировочном старте лунного корабля «Аполлон-1» 21 февраля 1967 года экипаж корабля заживо сгорел еще на стартовой площадке. «Американцы очень тщательно готовились к этой программе и, прежде чем лететь к Луне, проводили все необходимые тренировки на Земле, вплоть до момента старта, — поясняет Пётр Лукин. — Экипаж просто сидел в модуле, репетируя стартовую ситуацию, но, поскольку корабль был наполнен чистым кислородом, возникшая маленькая искра привела к сильнейшему возгоранию, и команда погибла».
25 апреля 1967 года при совершении первого полета на космическом корабле «Союз-1» погиб, ударившись о Землю на скорости 180 км/ч из-за отказа тормозной системы, Герой Советского Союза летчик-космонавт Владимир Михайлович Комаров.
Затем, 30 июня 1970 года, при возвращении из космического полета погиб экипаж космического корабля «Союз-11». Космонавты Георгий Добровольский, Владислав Волков, Виктор Пацаев с целью экономии места, так как габариты корабля были ограничены, совершали полет без скафандров. «При посадке произошла разгерметизация — один из клапанов раскрылся раньше нужного момента, — рассказывает А. Лукин. — Дышать стало нечем, и космонавты задохнулись».
Эти три катастрофы породили новое суеверие в советской, а затем и в российской космонавтике: космический корабль не должен иметь номер, состоящий из одних только единиц.
«Смертность при выполнении профессионального долга у космонавтов составляет 3,74 %, что делает космонавтику одной из самых опасных профессий в мире, — подытоживает Пётр Лукин. — На Луне есть табличка, которую установил 15 августа 1971 года командир лунного космического корабля “Аполлон-15” Дэвид Скотт. На ней написаны имена шести советских космонавтов и восьми американских астронавтов, погибших в полете или умерших к тому моменту. Рядом с табличкой лежит фигурка, изображающая космонавта в скафандре».
Подготовила Елена Трухина
Иллюстрации сгенерированы нейросетью
